There's nothing you can say
To make me change
My mind
Goodbye.
Roger Waters (Goodbye Cruel World)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку



9. Momentary Lapse. Концерты

Эта глава для серьезных флойдистов, поэтому, если вы не такой, можете ее пропустить. Оглядываясь и ослушиваясь назад, я в одинаковой мере шокирован, изумлен, смущен и горд тем, что сделали мы, или, по крайней мере, я. В конце концов, восьмидесятые заключались в китче и кричащих представлениях, и, учитывая то, что некоторые из нас были довольно молоды, возможно, нам можно простить некоторые наши грехи. Хоть и осознавая свою ответсвтенную роль в басовом отделе, время от времени переигрывал вплоть до халатности. Не считая того, что я не отказывал себе в слэппинге.

Когда было решено, что Echoes не подходит для начала шоу, взамен мы выбрали Shine On. Она обычно проходила без инцидентов, не считая моего беспричинного слэппинга в конце.

Pink Floyd – одна из немногих групп, которая может себе позволить такую роскошь, как исполнение своего нового альбома целиком перед тем, как порадовать народ их любимыми песнями. Мы как раз так и сделали. A Momentary Lapse Of Reason был довольно спорным альбомом, будучи первым построджеровским проектом, в котором также засветилось много авторов и музыкантов со стороны. По моему мнению, он не звучит именно как пластинка Pink Floyd, но это очень хороший альбом [1]. Правда, кое-где он немного напыщенный, но если вы выступаете на стадионах, почему бы и нет? Поскольку на басу играл или Тони Левин, или Дэвид, я не чувствовал огромного бремени авторского стиля. Кстати, мне нравится считать, что мой стиль похож на стиль Тони Левина – по крайней мере, в моих мечтах.

Большинство из нас отсутствовало на сцене во время исполнения ‘Signs Of Life’, открывающего инструментала. На экране в это время проигрывалось видео с Лэнли, садовником в студии Дэвида, который необъяснимо был похож на Роджера.

‘Learning To Fly’ начиналась с вступления большого барабана и электронной перкуссии, которая через несколько концертов не имела ничего общего со студийной версией. Меня удивило то одобряющее уравнительство, с которым Дэвид поручил Ренвику соло в этой песне, в самом начале сета [2].

Во вступлении ‘Yet Another Movie’ были абсурдно громкие ударные, на которые отвечали такие же абсурдно оглушающие звуки синтезатора. У Гэри в этом номере были светящиеся барабанные палочки, что выглядело впечатляюще для зрителей, но не воспринималось серьезно из моей точки.

Звук был подходящим: простое, но чудовищное «БУМ!..БУМ БУМ!» — партия бас-барабана, которую играли оба барабанщика — ее я должен был дополнять «Дам, Дам, Дам». Небольшая проблема заключалась в том, что у Гэри и Ника были разные идеи насчет того, где должен быть бит, поэтому я слышал: «БУБУМ!. БУБУБУБУМ!». Я должен был подобрать момент где-то посередине, чтобы вставить туда свои ноты. Когда случались такие разногласия, то я всегда считался с Ником.

В 'A New Machine' Дэвид громко пел фантастически гнетущую лирику через вокодер, чтобы у меня было время выбежать на сцену для следующей песни.

Отличием ‘Terminal Frost’, инструментала, была игра Скотта на сопрано-саксофоне, для которого ему нужен был мой микрофон. Это значило, что нам надо было поменяться местами, поэтому я должен был появиться на сцене как раз на этой песне, полагаясь на мониторы Скотта, чтобы слышать себя, а это было нелегко, поскольку я играл на безладовом басу.

После репризы 'A New Machine' приходило время играть ‘Sorrow'. Не буду извиняться. В этой песне все просто колоссальное, не в последнюю очередь и партия баса, в студийной исполненная на синтезаторе, но мне хотелось бы думать, что я сделал ее своей. Да, хотелось бы. Более того, я даже отстаиваю мои прыжки.

‘Dogs Of War' – еще один на полную катушку драйвовый, атакующий номер и самый непосильный момент для Джона. Песня начиналась с клипа с выбегающими из моря немецкими овчарками. Музыка должна была быть идеально синхронной, ведь видео заканчивалось кадрами с Дэвидом, произносящим строчки 'Dogs of war', в то время как настоящий Дэвид эти строчки пел. Чтобы это сработало, Джон должен был нажать 'start’ на своем секвенсоре в тот момент, когда задняя левая нога второй собаки справа касалась воды. Никакого давления. Наверное, это звездный час Скотта в шоу. ‘On The Turning Away’ – отличная песня и классический стадионный номер.

Также, это единственная песня, на которой я действительно облажался. Я не вступал до второго куплета, поэтому было время передохнуть в уютном местечке за сценой. На одном концерте я воспользовался этой возможностью, чтобы прилечь: по какой-то причине я был невероятно обессилен. Я осознал, что вслушиваюсь и действительно наслаждаюсь песней. После первого куплета я лежал и думал: «Обожаю эту часть. Здесь я вступаю». Я слушал изящное вступление баса и начал возмущаться, что не слышал его, очевидно, по той причине, что я не играл. Черт! Я вскочил и увидел Сида, который держал мой бас — он не хотел меня потревожить, будь он здоров! – и я помчался на сцену так быстро, что чуть ли не свалился в партер.

Это было концовкой первого отделения, и все мы направились в гримерку, где подавали канапе, и каждый набивал себя креветками и копченым лососем, многие наслаждались вполне заслуженным бокалом шампанского. По крайней мере, я, хоть я и не любил эти вещи. [3] Были шутки о том, кто где ошибся или кто что смешное сделал, но совсем немного самодовольного похлопывания по спине. Это намного здоровее, чем: «Эй, чувак, ты крут!»

«Нет, это ты крут!» — «Нет, ты крут!».

Но, опять же, мы были (в основном) британцами.

‘One Of These Days’ была для меня просто раем. Я выходил один, в темноте, вслушиваясь в нарастающее предвкушение, исходящее от толпы. Я могу все! Я нервно проверял и перепроверял мои эффекты перед тем, как начать, даже если в самой песне был встроен предохранительный механизм: два отдельных удара “донк, донк, донк, донк, донк” перед началом риффа.

Я брал рифф, на меня устремлялся луч прожектора, а толпа приходила в восторг. Еще раз – и мы начинали. На самом деле, Джон вторил мне на сэмплере баса после четырех тактов, но кого это волнует, это был мой триумф. В средней части я должен был играть нечто вроде соло, а также мелодию из ‘Doctor Who’. Я должен был смотреть на бас и потому пропускал момент, когда свинья делала над толпой неподражаемые вещи.

Когда барабаны и все остальные снова начинали грохотать, я старался импровизировать, так как в девяноста девяти случаях из ста, увлекаясь, барабанщики безумно ускорялись, чего не могли себе позволить ни я, ни Джон, играя с дилэем. Мы смотрели друг на друга и кричали: «Тпрууу, Стив!» — маленькая музыкальная шутка, отсылка к Стиву Гаду из 'Joe’s Garage' Фрэнка Заппы. [4].

Так как к этому моменту были уже просто прибамбасы, Гэри и я имели обыкновение вставлять аккорд «ба-бам!» из ‘Waterfront’ Simple Minds, ведь, по существу, это был тот же рифф. Вот забава.

On The Run вся была в записи, за исключением крика, сопровождавшего парящую кровать. Мы все кричали по очереди, хотя, на моей памяти я лишь раз это делал.

Time был еще одним нервирующим меня моментом. Тиканье часов воссоздавалось с помощью двух приглушенных верхних струн бас-гитары. Оно должно было быть четко в нужном темпе, ведь гитара, вступая, проходит через миллион дилэев. Один бит должен совпадать с полным оборотом стрелок на часах в клипе. Это нелегко, ведь с самого начала я стоял прямо под экраном, и часы в видео увеличивались и кружились. Но мне никогда не наскучит слушать рототомы Ника или пение Дэвида и Рика.

‘Great Gig In The Sky’ – величайшее музыкальное произведение, не сочиненное Эриком Сати. Когда мы начали репетировать композицию, надо было решить, как она должна быть спета, но у каждой девушки была своя причина, почему именно она должна там петь. Моя любимая: «Должна быть одна эмоция, один голос, иначе нет смысла ее исполнять».

Ну конечно, дорогая.

В конце концов каждая девушка получила по трети песни.

На Wish you were here, вероятно, мне дольше всего приходилось стоять без дела, ожидая свое вступление. Не могу передать, насколько сильно люблю петь ту гармонию, даже если она на пределе моего диапазона.

‘Welcome To The Machine’ – зловещая и величавая. Это единственная песня, где звуковые эффекты и видео казались немного устаревшими. Здесь я попробовал использовать большой залихватский звук баса, что всегда неплохо.

‘Us And Them’ в музыкальном плане является одним из старых шедевров Floyd, с небольшим исключением, если вы играете на басу, что звучит весьма неуклюже. Ведь здесь продолжительность более семи минут. Я был образцом сдержанности, стараясь придерживаться той партии, которая была на пластинке. Не то, чтобы у меня был выбор: все другое бросалось бы в глаза. В 1994-м мне поручили исполнять часть вокальной гармонии, что изменило весь характер. С тех пор я с нетерпением жду исполнения этой песни. Если бы они раньше об этом задумались.

А теперь – о Money. Money. Бас должен вступать вместе со звуком кассового аппарата, что было бы почти невозможно, ведь звук был в квадре, [5]. но, к счастью, у меня была запись с Дэйвом, кричащим: «РАЗ, ДВА, ТРИ, ЧЕТЫРЕ» и т. д., звучавшая в моих мониторах.

Большая часть песни звучала здорово, но часть регги я буду помнить до, а соло на бас-гитаре заставляет меня съеживаться. Правда, Честер Камен (Chester Kamen) ямне говорит, что это соло почитают в Лондонском сообществе бразильского джаза. Muito obrigado amigos! [6]

Вертолеты и лучи прожекторов могут значить только одно: ‘Brick’. Просто необыкновенно весело ее играть, не говоря уже о пении, хотя там был и слэппинг, и последующая игра в стиле Chic, и другие моменты позора. Хотя, за годы я встретил так много басистов, которые говорили, что они обожают ту часть, так что я колебаюсь. Я всегда чувствовал, что у Тима было второе лучшее соло вечера, после более культовых соло Дэвида.

Мы выходим на финишную прямую и настает время ‘Comfortably Numb’. Мне никогда не надоест ее играть и меня до сих пор мурашки от ожидания первого соло. И, конечно же, второго. Главный прикол в том, насколько зажато ты будешь играть во время бриджа. Сначала я становился возле Ника, держа один или два пальца, чтобы показать, сколько басовых нот и ударов басового барабана должно было быть в каждом такте, просто чтобы удостовериться, что мы сыграем синхронно. В конце концов у нас появилась своя шутка: к окончанию я немного сходил с ума, но определил, что звук гитары в усилителях был таким громким, что не имело значения, что делал я или все остальные, не считая игры Дэвида.

Мы уходили и слонялись за сценой в ожидании биса. Мы с Дэвидом полоскали рот портвейном, так как впереди нас ожидала требующая усилий вокальная работа. Но к окончанию тура мы дошли до того, что выпивали огромный бокал портвейна залпом.

Вместе с ‘One Slip’ мы возвращались к новому альбому и всей феерии 80-х. В середине студийной версии басового соло Тони Левин на самом деле играет на стике Чепмена. К счастью, меня не просили прикупить такую штуку, взамен я пропускал бас через любой имеющийся у меня эффект, надеясь на лучшее.

‘Run Like Hell’, грубо говоря – самое большое веселье, за которое мне заплатили. В Америке был целый ряд шоу, где лило, как из ведра. Тогда мы все кричали: «Дождь! Дождь!» в начале.

Я не знаю, было ли так в этом туре, но для тура 1994-го я изменил строчку: "They're going to send you back to /название города, в котором мы играем/ in a cardboard box..." Глупо? Возможно.

На заключительном концерте в Earls Court 1994-го я спел: "They're going to send me back to Gala..."

Примечания:

1. В отличие от, скажем, Radio KAOS Роджера, который мог обладать большим количеством флойдовских фишек, но не настолько приятен для прослушивания. ИМХО. (назад к тексту)

2. Занудное уточнение. По моему совету, в самом конце песни, Дэвид и я играли рифф из концовки второго куплета ‘Young Lust’. Это мой любимый рифф, и я был решительно настроен использовать его где-то в шоу. (назад к тексту)

3.Моими требованиями к напиткам были: две бутылки воды и бутылка пива для первого отделения, затем две содовых с белым вином, сначала менее крепкие, а затем покрепче, во время второго отделения. Если вам интересно. (назад к тексту)

4. Маленькая музыкальная шутка, отсылка к Стиву Гаду из 'Joe’s Garage' Фрэнка Заппы. – прим. авт. (назад к тексту)

Имеются в виду следующие строчки из песни ‘A Little Green Rosetta’: Steve Gad's clone to play the out-chorus on this song...he's really outa- site, in spite of the fact that the click track is totally irrelevant to what he's doing right now. I'm listening to the click, yes I'm suffering with the click track right now...this guy is totally out of sync with it, but what the fuck. («Двойник Стива Гада сыграет в этой песне несинхронно... Он действительно крут, несмотря на то, что клик-трек не имеет никакого отношения к тому, что он сейчас делает. Я слушаю клик, да, сейчас я маюсь с кликом… Этот парень играет в рассинхрон с кликом, ну и черт с ним»). – прим. перев.

5. Квадрофоническая звуковая система, в которой половина звуков играла в задней части стадиона.(назад к тексту)

6. «Большое спасибо, друзья!» – прим. перев. (назад к тексту)

Предыдущая глава Оглавление Следующая глава
   
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2020. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте