Come on now
I hear you're feeling down
Roger Waters (Comfortably Numb)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку



Венеция

Концерт в Венеции был триумфом тура 1989-го года. Причиной, по которой в этом городе не было стадионных концертов, было отсутствие подходящего места для подобных выступлений. Это великолепная смесь из маленьких романтических пьяцц, улочек и каналов, как вы знаете. При этом, естественно, крупных спортивных площадок там не было.

Pink Floyd разрешили эту загвоздку, наняв плавучую нефтяную платформу из Северного Моря. На ней установили сцену, затем переправили в лагуну, подняв, ясное дело, пиратский флаг. Платформа была пришвартована напротив площади Сан-Марко. Как просто!

Это было моей первой поездкой в Венецию и я был очень взволнован, так как на концерт пришли мои друзья. Дополнительный трепет заключался в том, что дочь Рика, Гала, тоже собиралась прийти. К тому времени мы с ней уже давно зашли слишком далеко.

Мои добрые друзья Энди Кейн (Andy Caine) и Юc [1] сделали все, чтобы мне запомнилась поездка: они невероятно напились, потеряли сознание, опоздали на концерт, убегали на площади Сан-Марко от Саймона Ле Бона (Simon Le Bon) и, в придачу ко всему, опоздали на рейс домой. Сногсшибательный список подвигов, с которым даже я не надеюсь соревноваться! Несмотря на это, поездка оказалась весьма выгодной для Юcа, так как он предложил одной из бэк-вокалисток, Дурге МакБрум, переехать в Лондон, где он «сделает ее звездой». Она переехала и он сделал! Короче, кто-то помнит Blue Pearl? Он считал, что из нее получится отличная «серьезная хаус-дива» (deep house diva). Помню, как я заметил, что это будет куда лучше, чем, если бы она стала глубоководным дайвером (deep-sea diver), по крайней мере, для нее.

Мы открывали Венецианский фестиваль и нам предстояло справиться с многочисленными проблемами. Я не буду особо в это углубляться, так как, будучи в той большой игре лишь пешкой, до меня доходили лишь слухи. Поэтому книга Ника Мэйсона, вероятно, намного лучший источник для всяких технических моментов.

Правда, там произошел один забавный случай. Глава профсоюза гондольеров встретился со Стивом О’Рурком за пару часов до концерта, чтобы потребовать огромную сумму денег, так как из-за нас гондольеры теряли работу. Глупости: все гондольеры города были наняты, чтобы пришвартоваться перед сценой для концерта. Он грозился, что соберет всех гондольеров, чтобы они собрались перед сценой – где они и собирались находиться в любом случае – чтобы во время концерта они дули в свои свистки.

Поскольку мы выступали в 500 ярдах от берега, а звук должен был достигать дальнего края площади, звукоусилители были довольно зловещими.

Думаю, Стив ответил: «ОК. Покажите, на что вы способны».

Наш отель, ‘Excelsior’, находился на острове Лидо, поэтому нам надо было ехать (на машине/корабле/лодке?), чтобы добраться на полуденный саундчек перед концертом. Помню, как прибыл на заднюю часть главной баржи – была еще одна, где находились грузовики телевизионщиков – и шел за кулисы, где все стало таким знакомым. Я поднялся по той же лестнице, прошел через привычную процедуру закулисных помещений, а Сид дал мне тот же бас в той же проверенной манере. Я пошел к своему месту на сцене слева и началась привычная рутина: посмотреть налево, чтобы переубедиться, что на месте эффектов и микрофонной стойки не оказалось, не знаю… ядовитых змей? – постоянно вот переживаю – проверить настройку баса –излишне, так как Сид настроил бас за секунды до вручения его мне – посмотреть вниз и понажимать мои педали, как обычно. Тогда и только тогда я посмотрел вверх. Господи Боже!

Еще ребенком, моим первым впечатлением от искусства было открытие Уильяма Тернера в 11-летнем возрасте. В первом классе я выиграл приз по искусству. Я попросил и получил репродукцию невероятно ностальгической и эфемерной картины Тернера, изображающей Сан-Марко из лагуны. Я стоял практически в той же точке, с которой рисовался тот пейзаж. Возможно, метров на 5 выше, но даже при таком раскладе это было, и остается, ошеломляющим моментом.

Концерт был во многих отношениях выдающимся. Его показывали по телевидению в прямом эфире по всей Европе, поэтому во главе угла была синхронность. По этой причине перед Дэвидом были гигантские светодиодные часы, чтобы он следил за темпом. Единственный раз, когда я услышал нотки волнения в его голосе, но, конечно же, только между песнями. Выступление перед уймой людей в лодках с огромной толпой на расстоянии было также обекураживающим. Случился и такой комичный момент: когда баржа с шампанским, канапе и прочей ерундой попыталась пробраться и пришвартоваться перед сценой, ее забросали бутылками, едой и еще Бог знает чем, пока ей не приказали отступить куда-то в сторону, к нашему огромному удовольствию.

После шоу все отправились пировать в отель, но у меня были другие планы. Было всего лишь полдевятого, поэтому, лучшей альтернативой, по-моему, было отправиться прямиком в гостиницу ‘San-Daniele’, где расположились все поп-звезды, друзья, уж не говорю о Гале. Первым делом я хотел посидеть в баре и выслушать комплименты.

Как обычно, наша показушная охрана – не Барри – оказалась совершенно бесполезной и я не мог выбраться с баржи. После 20-ти минут мне все это надоело, я подошел к кому-то и сказал: «Привет, я Гай Пратт, басист, я был бы очень признателен, если бы меня доправили вон туда». Мою просьбу незамедлительно выполнили. Кто знает, что надо говорить людям, чтобы они столь активно занимались ничегонеделанием. Мы привыкли стоять у ночных клубов под дождем, пока «улаживались вопросы», пока один из нас не подходил, говорил, кем мы являлись и сразу же был впущен.

Как только мы безопасно расположились в баре в ‘San Daniele’, дела закрутились. Пол Янг требовал купить мне напиток, что я принял с благодарностью. Затем прошло двадцать минут, когда люди предлагали купить мне напиток, а я отказывался, ведь этим уже занялся Пол. Затем я понял, что Пол, хоть он невероятно мил, не самый напористый человек в мире, поэтому, ясли я ничего не предприму, то так и умру от жажды.

Юс и Энди к этому моменту проснулись, так как все вопрошали: “Не было ли это самым лучшим зрелищем в вашей жизни?” Вместо того, чтобы попытаться это объяснить, они начали пить слишком рано и все пропустили, у них не было выбора, кроме как робко кивать.

Затем мы вернулись в наш отель в Лидо, где вечеринка шла полным ходом.

По всей видимости, в хмельном и волнении, я сделал Гале предложение, что было, вероятно, несколько бездумно. На следующий день мы запланировали прогулку на гондоле, к тому времени у меня было сильное похмелье и я раскаивался. Гала поведала мне, что я почти на нее не смотрел, не молвил не слова, что определенно не говорило о планах жениться. В конечном счете мы забыли о той ужасной поездке пару лет назад, когда, играя в Венеции с Дэвидом Гилмором, мы отправились на очень веселую полуночную прогулку на гондолах. Я рад сообщить, что, учитывая, что я на ней таки женился, Гала решила меня простить.

Той ночью наша компания искала ночной клуб, любой ночной клуб, это то, чем занимались в 80-е. Мы нашли причудливый подвальчик, где и провели весь вечер, стараясь не смотреть на женщину-карлика, которая была точь-в-точь как в фильме «Don't Look Now». Там были: я, Гала, Тим, Гэри, Дарга, Юс, Энди, Пол и Стэйси Янг, Саймон и Язмен Ле Бон, и Джон Тейлор, к которому Гала ненадолго убежала, уехав домой, когда я ее достал.

Мы проплывали в водном такси через утопающий город, минуя нескончаемые гниющие, заброшенные перекрытия. Энди сказал Полу, что недавно купил в Венеции квартиру.

– Это подвал и получилось очень дешево!

– Правда, как здорово.

– Нет, Пол, Я шучу.

На площади Сан-Марко, Юс и Энди высадились и направились в отель. Когда мы отчаливали, до Саймона дошло, что они не скинулись на оплату. «Эй, что это за ребята?» – спросил Саймон. Мы притворились, будто видим их первый раз в жизни, добавив старое-доброе: «Я думал, что они с тобой». Почувствовав себя обманутым парочкой самозванцев, Саймон выскочил из такси и побежал за ними, пока мы попадали в лодке со смеху.

Мы были в аэропорту в одно и то же время со всеми остальныеи на следующее утро, включая очень грустных, помятых Юса и Энди. Они отправились обратно в бар своей гостиницы, проспали второй раз подряд за два дня, пропустили свой самолет и ждали на следующий, будучи вынужденными купить новые билеты.

“За эти деньги я мог бы слетать на Карибы”, — стонал Юс.

Я пошел поздороваться с Саймоном. “Шшш! Не сейчас! Я пишу песню!” – сказал он.

Что было странным, так как он, насколько я видел, проходил процедуру регистрации. Правда, в следующем альбоме Duran Duran была песня “Венеция в опасности” (‘Venice In Peril’).

Примечания:

1. Youth, он же Martin Glover – прим. пер.(назад к тексту)

Предыдущая глава Оглавление Следующая глава
   
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2020. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте