Don't leave me now
Don't say it's the end of the road
Roger Waters (Don't Leave Me Now)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку


Рекламные статьи

окрашивание волос 2010 видео
Pink-Floyd.ru > Публикации > Статьи > Роджер Уотерс > Лисы – это вредители

Лисы – это вредители

Источник: Spiegel Online
Перевод:
 Александр Воробьев

Роджер Уотерс, бывший лидер легендарной психоделической рок-группы Pink Floyd, о политике, искусстве и странной потребности убивать маленьких животных.

Pink Floyd на Live 8 Spiegel: Мистер Уотерс, Вы впервые выпустили классическую музыку – оперу "Ça Ira". Вам не хватает славы рок-легенды? Вы недостаточно богаты? Есть ли у Вас вообще образование композитора такого рода?

Уотерс: У меня вообще нет музыкального образования, но есть хороший слух.

Spiegel: Трудно себе представить, что можно сочинить такой цикл песен в одиночку.

Уотерс: Ну да. Мои друзья, супружеская пара Надин и Этьен Рода-Жиль, в начале 1989 года дали мне либретто и спросили меня, не мог бы я написать к нему музыку. В течение шести недель я вместе с одним звукоинженером сделали материал на два с половиной часа; я самостоятельно записал все вокальные партии и партии инструментов, в основном, это струнный синтезатор и рояль. Позже мой путь привел к Франсуа Миттерану, который написал письмо Пьеру Берже (Pierre Berge), тогдашнему директору Парижской Оперы, и посоветовал ему развивать мою оперу дальше по случаю двухсотлетнего юбилея Французской революции в 1989 году. Дальше это дело удивительным образом зашло в тупик. По-видимому, французы не могли мне простить того, что, во-первых, я англичанин, и, во-вторых, пришел из популярной группы. Надин Рода-Жиль вскоре умерла от лейкемии, и только в 1995 году ее муж и я решили продолжить забытый проект.

Spiegel: Не возникало ли в течении всех этих лет сомнений в важности такой материи, как костюмная драма, посвященная эпохе Французской революции?

Уотерс: В известном смысле время даже работало на нас. Глядя на сегодняшний мир, надо сказать, что есть вещи, похожие на те, что были во Франции при Людовике XVI. Это, например, самое несправедливое распределение доходов, особенно в Америке, при одном президенте, который на своей должности ведет себя, как король, всегда подчеркивая, что он под особым покровительством Бога [что у него особая связь с Богом].

Spiegel: В таком случае, ураган «Катрина», вероятно, не был для Вас особым сюрпризом?

Уотерс: Единственное, чего я не ожидал, – того, что Буш прервет свой отпуск. Но причина этого открылась мне, стоило лишь взглянуть на карту погоды: в Техасе не было солнца. Иначе, видимо, он не прервал бы свою игру в гольф в Техасе. Тактика его правительства – та же, что и в течение войны в Ираке: они начинают лгать и потом просто лгут дальше, так долго, пока все больше и больше людей не начнет им верить. В случае с «Катриной» ложь значила: «Мы не рассчитывали, что дамбы могут прорваться». При этом уже более двадцати лет известно, что ураган большой силы сломает дамбы. Каждому это было известно.

Spiegel: Согласно новому опросу, 63 процента британцев считают, что помощь пришла бы значительно раньше, если бы речь шла о жертвах среди белых граждан среднего класса, а не о людях из черных кварталов.

Уотерс: Например, при эвакуации на Род-Айленд, местности на восточном побережье США, помощь шла от одного дома к другому. Те, кто не хотел идти вместе со всеми, получали толстый водостойкий фломастер, которым предлагалось написать на руках и ногах номер страховки. Это убеждало людей в том, что они должны быть вместе.

Spiegel: Почему же несмотря на Буша, Вы четыре года назад уехали из Англии и поселились на Лонг-Айленд, пресловутой площадке для игры богатых и могущественных Нью-Йорка?

Уотерс: После развода моя жена вместе с моим сыном переехали на Манхэттен. Единственная возможность видеться с сыном — последовать за ними. Кроме того, я люблю Нью-Йорк. Я снова там влюбился. Прожив два года в Америке, моя бывшая супруга вернулась обратно в Англию. Я летаю каждые три недели к моему сыну и провожу с ним половину отпуска.

Охота на лисSpiegel: В недавнем интервью "Sunday Times" Вы сказали, что покинули бы Англию не из-за своего сына, но из-за закона Блэра против охоты на лис.

Уотерс: Эта история была полной чушью. В действительности я сказал репортеру только то, что я резко против запрещения охоты на лис. Ужасный закон, как мне кажется.

Spiegel: Почему же ужасен закон, запрещающий охотникам травить лис с помощью собак?

Уотерс: Лисы – вредители, на них надо охотиться. Нельзя предоставлять их самим себе, потому что они враги природы. Вы видели когда-нибудь курятник после того, как лиса побывает там с визитом? Это не милые маленькие пушистые звери, лисы – опасные хищники. Охотиться на них с собаками – это, может быть, самый гуманный способ охотиться на них. Иначе остается только отстреливать их или травить газом. Лисы – вредители, как москиты или крысы.

Spiegel: Примерно в каменном веке люди стали делиться на два класса: охотников и собирателей. К какому классу причисляете себя Вы?

Уотерс: Есть люди, которые несут в себе ген, позволяющий им испытывать настоящее наслаждение от охоты. Я помню, как маленьким ребенком, в 9, 10, 11 лет ползал под загородкой сада, чтобы пострелять из маленького ружья в зайцев.

Spiegel: Задумывались ли в когда-нибудь о том, почему Вам доставляет такую радость отправлять спокойно бегавших животных в мир иной? Чувствуете в себя, например, более мужественным, когда стреляете?

Уотерс: Я не думаю, что мое пристрастие к охоте как-то связано с сексуальностью. Есть дети, которые идут по пляжу и собирают красивые камни, и есть дети, которые берут камни с пляжа, собирают их в кучу и потом кидают в нее биту, чтобы все разрушить. Я ребенок такого сорта. Я не из первых, которые рады тому, что набрали много маленьких ракушек, я хотел бы найти на пляже место с рыбой и там ее ловить.

Spiegel: Ваша прежняя группа Pink Floyd обязана своим успехом тому, что она политически корректным образом дает уже второму или третьему поколению чувствительных школьников по всему миру чувство, что они выступают против всякой несправедливости, особенно против несправедливости власти. Не противоречит ли это тому, о чем вы говорили?

Уотерс: Ни в коем случае. Мы, люди – часть природы, мы убиваем зверей и едим их. Мы защищаем себя и своих домашних животных от хищников. Так, как мы делали это испокон веков. Различие сегодняшнего дня состоит только в том, что мы привыкли брать кусок мяса, упакованный в пластик, с полки.

Spiegel: В Англии сейчас ведутся споры о белках. Сторонники охоты решительно отстаивают точку зрения за то, чтобы снова разрешить отстрел этих миленьких малых грызунов. Белки не годятся на воскресное жаркое и не известны как вредители. Зачем же тогда на них охотиться – ради удовольствия?

Уотерс: Разные манеры для разных людей (different strokes for different folks) – у каждого свои пристрастия. Я не за то, чтобы людям было разрешено просто ради удовольствия отстреливать белок. Но я могу понять такие желания: белки представляют собой интересный объект как мишень.

Spiegel: Как в видеоигре. Тем временем готовятся настоящие войны, как в видеоигре.

Уотерс: Точно. Вид игры в стиле action, где веселым парням можно поиграться с такой классной амуницией, как приборы ночного видения или чем-то таким. В Америке есть твое телешоу "Over There" о войне в Ираке и приключениях американских солдат, которые рассказывают о случившемся с ними. Люди считают что-то такое либо увлекательным, либо дурным. Я склоняюсь к последнему варианту.

Spiegel: А интересуетесь ли Вы войной в Ираке?

Уотерс: Я даже детально ознакомился с историей этого региона и читал разные книги об этом.

Spiegel: И что Вы узнали?

Уотерс: Насколько безумной была идея Джорджа У. Буша вмешаться туда. На протяжении нескольких столетий там правили иностранцы и все уже сыты ими по горло. А мистер Буш повел себя так, как будто стоило ему послать пару самолетов F-16, и регион превратится в прелестную маленькую демократию.

Spiegel: Для фестиваля Live 8 Вы после 24 лет и жестокой ссоры снова выступили со своими старыми коллегами из Pink Floyd. Были ли Вы удивлены огромным успехом?

Уотерс: Это действительно было для меня большим успехом. После такого долгого воздержания нельзя не считаться с теми невероятными сердечностью и теплотой, с какими нас встретили. Это так здорово, что такие пластинки, как "The Dark Side of the Moon", "Wish You Were Here" или "The Wall" по-прежнему заново открываются новыми поколениями. Я получил удовольствие на Live 8.

Роджер УотерсSpiegel: С Вашим бывшим коллегой Дэвидом Гилмором Вы особенно ожесточенно ссорились после Вашего выхода из Pink Floyd. Кто же все-таки решился на звонок ради примирения?

Уотерс: Боб Гелдоф два раза звонил Дэйву и оба раза получал отказ. Потом Гелдоф попытался поговорить с Ником Мэйсоном, который сказал ему, что мог бы найти выход. Гелдоф позвонил мне и сказал: «Роджер, мы должны спасти мир», и после этого сказал своей жене: «Дорогая, эти зеленые туфли лучше всего подходят к твоему платью» – они хотели выйти именно так. Я хотел только знать, какое место в очередности он запланировал для нас. МакКартни предполагается в финале, сказал он. Перед этим – наш выход, а перед нами – Мадонна. Я был доволен этим.

Spiegel: Как долго Вы не разговаривали с Дэвидом Гилмором?

Уотерс: Очень много лет. У меня не было даже его номера телефона, его мне дал Гелдоф. Дэйв сам снял трубку и был поражен, услышав мой голос. Ему тогда казалось, что он слишком зарос мхом для такого крупного события. Я убедил его, что он вполне справится с парой песенок. После 24 часов размышлений он дал согласие.

Spiegel: На сцене Вы выглядели необычно свободным и миролюбивым. Если вы все теперь снова друзья, можете ли вы принять предложение поехать в турне Pink Floyd за 200 миллионов долларов?

Уотерс: Это исключено. У меня очень сложные отношения с Дэйвом, и по многим вопросам между нами, как и прежде, неустранимые противоречия. Но именно потому чудесно, что мы дали другим урок того, как можно справиться с собой, когда это очень важно. А если будет подходящий повод, наверное, такое вполне возможно.

Spiegel: После вашего выступления на Live 8 доходы от продаж альбомов Pink Floyd пошли резко вверх. Дэвид Гилмор заявил, что он отдает свои доходы от этого на благотворительность, однако остальные члены группы отказались от этого. Это правда?

Уотерс: Это соответствует действительности. Каждый из нас выразил свою точку зрения. Я объяснил ему, что с 1974 года занимаюсь благотворительностью, хотя обычно я об этом не говорил. Дэвид должен знать, что делает.

Spiegel: В прошлом Вы всегда называли себя социалистом. Относится ли это к Вам сейчас?

Уотерс: Этот вопрос – палка о двух концах. Может быть, можно называть социалистическим то, что я плачу высокие налоги и участвую в социальных программах государства, как это принято в Голландии или Швеции. С 1973 года я действительно зарабатываю больше денег, чем мне нужно для ежедневной жизни. Многое из этого я доверяю банкам, где это выгодно для меня. И это делает меня, пожалуй, капиталистом.

 
Машины игровые наборы hot wheels хот вилс.
 
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2017. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте