Now there's a look in your eyes
Like black holes in the sky
Pink Floyd (Shine On You Crazy Diamond)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку


Рекламные статьи

идеал 4 сезон смотреть онлайн
Pink-Floyd.ru > Публикации > Статьи > Роджер Уотерс > Ланч с Financial Times: Роджер Уотерс

Ланч с Financial Times: Роджер Уотерс

Источник: колонка в Financial Times, Lunch with the FT: Roger Waters, 1 апреля 2011 года
Автор статьи: Ludovic Hunter-Tilney
Перевод:  Mimi

Ланч с Роджером УотерсомНет, Роджер не голоден. «Я буду только гравлакс (блюдо из лосося – прим. пер.), спасибо», — говорит он, просмотрев меню отеля Berkeley и затем проворно оттолкнув его от себя, как будто отвергая просьбу дать автограф.

Официант спрашивает, что мы хотим на аперитив. «Пиво?» Вспомнив то, что читал когда-то раньше, я говорю, что основатель Pink Floyd – любитель эля. Но нет, теперь нет. Если бы он хотел что-то выпить за ланчем, это бы, вероятно, была бутылочка светлого пива. Но не сегодня; сегодня идеальным будет Lime cordial.

Мои надежды на длительный веселый ланч разрушены. Ну, длительным он станет в любом случае. А вот веселость никогда не была качеством, особо характерным для Уотерса, автора вдумчивых песен об убогости положения человека и разжигателя чуть ли не самой большой вражды в истории рока – когда он вышел из состава Pink Floyd в восьмидесятых. Сейчас он снова возит по миру The Wall, написанный им отчасти биографический концептуальный альбом Pink Floyd, рассказывающий о рок-звезде, которая чувствует себя отчужденной от всего мира, сходит с ума и воображает себя фашистским демагогом. С момента релиза было распродано более 25 миллионов копий альбома. Также за альбомом последовало одно из самых прославленных турне в истории рока, задействовавшего сорокафутовую стену, которая строилась между публикой и группой – примечательное проявление сценического искусства в стадионном роке, наподобие Бертольда Брехта (немецкий поэт, прозаик, драматург первой половины двадцатого века – прим. пер.) с гитарными соло.

Наше место встречи – отдельный номер в Berkeley, роскошном отеле в Найтсбридже, в котором Уотерс предпочитает останавливаться, когда приезжает в Лондон из своего дома в Нью-Йорке. Мы сидим лицом к лицу за большим круглым столом, накрытым по всем правилам, одни, и лишь двое официантов время от времени осторожно снуют туда-сюда через дверь. Шестидесятисемилетний Уотерс высок, одет в черное, с белоснежной гривой волос и серебристо-серой щетиной на лице. Когда один из официантов задерживается, оставшись стоять за спиной музыканта на манер лакея при аристократе восемнадцатого века, сразу следует вспышка раздражения.

«Если вы что-то принесете, это будет замечательно; но при других обстоятельствах не вставайте тут, это немного тревожит», — говорит Уотерс. Член обслуживающего персонала начинает объяснять извиняющимся тоном, что он ждет распоряжения по поводу винной карты – «Я должен вас обслужить» — прежде чем убежать, схватив ту самую карту вин и оставив после себя слабый дух возмущения в воздухе.

У Уотерса репутация властолюбивого человека. Ник Мэйсон, ударник Pink Floyd, писал в своей автобиографии: «Как только ему кажется, что конфронтация необходима, он становится так мрачно сосредоточен на победе, что бросает в ход все средства, что у него есть, — и это может быть весьма пугающим». Джеральд Скарф, автор иллюстраций к The Wall, описал Уотерса (восхищенно) как «мегаломаньяка».

Его самоуверенность действительно кажется безмерной. Во время разговора он нашел удобный случай сравнить себя с Шекспиром, Вуди Гатри и Ричардом Докинзом (английский этолог, эволюционист и популяризатор науки – прим. пер.). Тем не менее, есть другая сторона Уотерса, которая проявляется с озорной усмешкой, которая мелькает на его длинном лице, привнося в него забавные, кривоватые черты. Уотерс расслаблен и непоследователен, даже весел.

«Нет ничего такого, что я люблю больше, чем ланч, — говорит он, когда я намекаю на то, что ему недостает аппетита. – Особенно с моей возлюбленной. Нет ничего лучше, чем ланч с возлюбленной; ещё бы солнце и немного моря, где-то за границей. И затем секс после полудня, идеально». На его лице проступает озорная улыбка.

Я соглашаюсь, удивленный неожиданным погружением в жизнь Уотерса с его четвертой женой Лори. Так что, гм, разумное потребление пищи, ничего тяжелого на этих ланчах, нет большим порциям жареного мяса? «Не-а, я это тоже люблю, нечто жареное в британских традициях. Жареная курица с правильным хлебным соусом очень, очень хороша. Я также люблю большие ланчи всей семьей, когда его подают горячим. Я проводил немало времени в Греции. В Греции и Италии завтраки устраивают так – дети с одного конца, взрослые с другого, и это продолжается пять или шесть часов».

Разговор о сексе придает мне смелости спросить о наркотиках. Это было на греческом острове Патмос, в шестидесятые. Там Уотерс пережил один из своих опытов употребления ЛСД. «Насколько я помню, в том трипе не было ничего кустарного. Это было в то время, когда кислота получалась в нормальных лабораториях и была очень сильной. А потом люди – и не в последнюю очередь мои дети – говорили о том, что мы закидывались кислотой и отправлялись заниматься своими делами, вытворять ерунду, а я возражал: «Нет-нет, я говорил не об этом». Он посмеивается. «Тогда не стояло вопроса о том, чтобы «уйти» куда-то или «сделать» что-то. Даже мысль о том, что, приняв кислоту, можно стоять, была тогда совсем невозможной. Так что я быстро завязал». В этот момент раздается журчание: прокравшийся обратно официант наливает в стакан газированную воду.

Галлюциногены сыграли трагическую роль в истории Pink Floyd. Группа зародилась в 1965 в Лондоне, но ее основные члены выросли в Кембридже. Школьный друг Уотерса, Сид Барретт, был лидером группы, и под его началом Floyd выпустили их дебютный альбом, The Piper at the Gates of Dawn. Но пристрастие Барретта к ЛСД привело к его ментальному коллапсу, и в 1968 году он был выдворен из группы.

Частенько предполагалось, что оставшийся без лидера коллектив прекратит свое существование. Тем не менее, Уотерс, ударник Ник Мэйсон и клавишник Рик Райт привлекли в группу ещё одного уроженца Кембриджа, Дэвида Гилмора, и он сменил Барретта в роли ведущего гитариста, после чего группа продолжила записывать альбомы. Прогресс был бессистемным, но понемногу группа встала на ноги. Уотерс называет переломным моментом появление недооцененного, но создающего удивительную атмосферу Meddle (1971). Будучи наиболее активным из всех членов группы, он был необходимой фигурой, двигавшей группу вперед после отбытия Барретта; он постепенно брал на себя контроль над творчеством.

За те годы, что Уотерс был рулевым группы, с записи The Dark Side of the Moon в 1973 и до The Final Cut в 1983, они стали одной из величайших групп в истории рока. Барретта можно изобразить как обреченного гения, психоделического Икара, но именно глубоко мыслящий и искренний Уотерс заставил Pink Floyd взлететь.

Принесли нашу еду. Уотерс, должно быть, заказал один из самых дорогих кусков гравлакса в истории – за 75 фунтов! – но оставляет свой непомерный кусок рыбы нетронутым всё то время, пока он говорит о возвращении The Wall. Сейчас он катает европейскую часть того турне, что началось в прошлом году в Северной Америке и стало одним из самых прибыльных туров 2010 года, принеся более $89 млн. «Это было невероятно, я не мог бы быть более успешным», — говорит он. Альбом, который также был переделан в историю рок-звезды Пинка, в свободном порядке базируется на истории самого Уотерса. Папа Пинка погибает во Вторую Мировую войну, как это случилось с отцом Уотерса, Эриком. Брак Пинка рушится; так и уотерсовская бурная семейная жизнь с гончаром Джуди Трим развалилась в 1975. Разлад, произошедший с Пинком, пребывавшем в изоляции и чувствовавшим ненависть к самому себе, ставший результатом звездного положения, — также личный опыт Уотерса. Он был вызван разочарованностью Уотерса стадионными шоу Floyd, которая достигла своего пика в 1977 году и выразилась в том, что он плюнул в своего фаната.

Это, должно быть, странно, но я предлагаю, пока Уотерс нарезает свой гравлакс, мысленно вернуться к альбому, который был создан при таких тягостных обстоятельствах. Личные стороны альбома теперь померкли, Роджер говорит: «Я рад быть действующим лицом исторического документа». Он любит петь крайне пессимистичные строчки «Day after day, love turns grey/ Like the skin of a dying man» из One of my Turns, песни, вдохновленной крушением его брака. «Я люблю их», — повторяет он, отправляя себе в рот вилку с куском лосося. Моя вилка замирает над внезапно показавшимся мне куда менее привлекательным палтусом с серым мясом.

Ланч с Роджером УотерсомТакже The Wall преследует призрак смерти папы Уотерса в бою под Анцио в 1944, когда Роджеру было всего несколько месяцев от роду. Тема войны очень значима в новой постановке. Людей просили присылать фотографии дорогих им людей, павших в вооруженных конфликтах, и эти фото проецируются на стену во время шоу. В США Уотерс приглашал ветеранов войн на свои концерты для того, чтобы общаться с ними за кулисами во время перерыва. В прошлом году постановка вызвала бурное обсуждение, когда Антидиффамационная лига, произраильская группа давления, выразила свой протест по поводу одного из моментов шоу. «Они вычитали в Rolling Stone что-то о звезде Давида, которая соседствует со значком доллара, и заявили, что это культивация стереотипа алчного еврея. Они даже обвинили меня в том, что я в чем-то похож на Шекспира, и, я думаю, это неплохо». Он посмеивается. Это дает мне миг на то, чтобы понять, что он имеет в виду «Венецианского купца».

Воспитанный в социалистической семье своей мамой, учительницей по имени Мэри, Уотерс более искренний, чем средний рок-герой. «Власть принадлежит идеям», — говорит он. Я спрашиваю, каким идеям, постепенно привыкая к своей роли Босуэлла (Джеймс Босуэлл — шотландский писатель, автор биографии Сэмюэля Джонсона – прим. пер.) для своего Джонсона. «Экономисты важны. Так же как радикальные мыслители в теологии». Как кто? «Ричард Докинз – вот имя, которое приходит на ум, он наиболее радикально настроен. Я сам радикальный атеист, и я периодически выношу на обсуждение мои взгляды, предполагая, что если ты мусульманин, то это не божья воля, а обстоятельство, зависящее от того, где ты был рожден. Это география».

Может ли рок-музыкант изменить мир? «В определенных пределах всегда мог, да и сейчас всё ещё в состоянии. Я хотел бы думать, что действую не менее эффективно, чем когда-то Вуди Гатри. Возможно, мои претензии раздуты...»

Наши тарелки убраны со стола, зато заказан кофе, для Уотерса – с молоком и сахаром.

The Wall отметил начало конца классического состава Pink Floyd. Коллеги Уотерса были недовольны тем, что ими командуют, и разорвали с ним отношения после выхода альбма The Final Cut. Это вылилось в ожесточенное противостояние, во время которого Уотерс пытался не дать Гилмору, Мэйсону и Райту работать дальше под названием Pink Floyd, но не добился успеха.

Тем не менее, в 2005 году группа воссоединилась, чтобы отыграть на благотворительном концерте Live 8, а в отношениях между её участниками наметилась оттепель. После смерти Рика Райта в 2008 их осталось лишь трое. «Ник (Мэйсон) и я снова стали близкими друзьями, и это здорово. В Pink Floyd он всегда был моим другом. Поэтому досадно, что мы тогда разбежались и потеряли связь на долгие годы». По поводу Дэвида Гилмора он более осторожен, но их отношения улучшились до достаточной степени, чтобы Дэвид согласился появиться в одном из грядущих шоу The Wall. «Да, он так говорит. Это будет классно, я жду этого с нетерпением», — говорит Уотерс неторопливо, помешивая свой кофе.

Он стал меньше контролировать всю работу по мере того, как стал старше? «Нет, — говорит он решительно. – Нет. Так делаются дела. Я руководитель, и всегда им был. Вы же не говорите, что Скорсезе, Бертолуччи или кто-то ещё в этом роде очень любят покомандовать, – вы говорите: “Разве они не делают хорошее кино?” И они делают это, потому что они всем управляют. Иногда это становится проблематичным, если у тебя есть то, что называется «группа», и там есть человек, который всем заправляет, потому что делает всю работу».

«Так что нет, я не стал меньше контролировать процесс. Сейчас я стал куда более счастливым человеком, потому что я не притворяюсь, что работаю в группе. Но нельзя сказать, что я не работаю с группой, — и он перечисляет людей, занятых в постановке The Wall. – Мы действительно сплоченная команда, прямо как семья, и это удивительно. Но там нет никого, кто (старается говорить глуповатым голосом) думает: “Я тоже член группы, так почему же он говорит мне, что делать?” только потому, что он знает больше тебя, он автор, это его вещь, ну и всё в таком духе».

Уотерс выпустил четыре сольных альбома после своего ухода из Pink Floyd. Ни один из них не сумел даже близко подобраться к тому успеху, что достигали альбомы Floyd, хотя его примечательно претенциозный альбом 1992 года под названием Amused to Death – «Одна из тех вещей, за которые я на самом деле горд». Была ли в группе какая-то магия, которую он не смог воссоздать? «Да, это было великолепно. Это было большой нашей удачей, и мы сделали много фантастических вещей вместе. – Он делает небольшой глоток кофе. – Мне приходится сказать, и это лишь мое мнение, возможно, я не прав, — нет, наверное, мне не следует говорить этого». Я говорю: «Пожалуйста, не стесняйтесь».

«Всё нормально, я не буду. Работа, проделанная мной после ухода из группы, во всех смыслах более успешна, чем то, что сделали они после того, как покинули Pink Floyd. Это только лишь мое мнение. Возможно, им удалось продать больше, я не знаю точных цифр».

Хотя он не может воздержаться от этого выпада, Уотерс поражает меня этим куда меньше, чем бурная история Floyd или рассказ о турне The Wall. Несмотря на сравнительно малое количество еды, наш ланч прошел очень размеренно. После того, как унесли наши чашки из-под кофе, а я перенаправил вызывающий слезы на глазах счет на свою дебетовую карту, он говорит о случайности с расписанием, в результате которой он играл свой сольный тур в США одновременно со своими бывшими товарищами по группе. Это было в 1987 году. Он играл на площадках среднего размера, рассчитанных примерно на 1500 человек. В то же время лишенные Уотерса Pink Floyd всплывали, будто дурные воспоминания, во всех тех же городах, но на стадионах на несколько десятков тысяч зрителей. «Это, — на его лицо возвращается озорная улыбка, — помогало вырабатывать характер».

 
Советуем регулярно почитывать форум о провироне, тут публикуют подробные отзывы.
 
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2017. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте