Help me role away the stone
Roger Waters (Crying Song)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку


Pink-Floyd.ru > Публикации > Статьи > Люди > Алан Паркер в прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы"

Алан Паркер в прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы"

Радиостанция "Эхо Москвы"

20 Июня 2004 [12:08-13:00]
В гостях: Алан Паркер
Ведущие: Ксения Ларина

К. Ларина — 12:16. Итак, наша внеочередная, внеплановая программа "25-й кадр", которую мы ведем вместе с Витой Рамм. Вита, добрый день.

В. Рамм — Добрый день.

К. Ларина — Я думаю, что тебе и право представить нашего легендарного гостя.

В. Рамм — У нас гость — мечта любого киноведа, любого женщина и любого любителя кино.

К. Ларина — Любой женщины.

В. Рамм — И любой женщины. Сэр Алан Паркер. Я с радостью произношу это имя автора таких любимых фильмов, которые... даже не знаю, стоит ли обижать наших кинолюбителей, чтобы перечислять эти названия.

К. Ларина — Я бы все-таки перечислила.

В. Рамм — Ну хорошо. "Багси Мэлоун", "Полуночный экспресс", "Стена", "Сердце ангела", "Миссисипи в огне", "Эвита", "Жизнь Дэвида Гейла", он был в прошлом году у нас в прокате. Все остальные фильмы мы могли видеть по телевидению или... я знаю, сэр Алан не любит это слово, но, увы, в 90-е годы, когда у нас появилось видео, мы первым делом закупали пиратские копии "Стены".

К. Ларина — Давайте представим нашу помощницу, переводчицу Елизавету Скурко, она нам помогает. Лиза, добрый день.

Л. Скурко — Добрый день.

К. Ларина — По поводу видео я бы тоже вспомнила, потому что для многих первым видеофильмом, который мы увидели дома, поскольку в кино его невозможно было увидеть, это был фильм "Полуночный экспресс".

В. Рамм — У нас тогда не было кинопроката, легальных закупок.

А. Паркер — Вообще-то говоря, многие западные режиссеры очень даже любят пиратские видеокассеты, потому что они понимали, что для советского зрителя это единственная возможность посмотреть их фильмы. Но все-таки я предпочитаю, что если вы хотите смотреть, то уж платите, а потом смотрите.

В. Рамм — Сейчас, конечно, все гораздо лучше. Наши дистрибьюторы растут, понимают толк в хорошем кино и покупают не только блокбастеры, но и хорошее кино, может быть, не столь много вложений в него сделано, но оно пробивается у нас на экраны. И поэтому "Жизнь Дэвида Гейла", проблемное кино против смертной казни, оно получило отклик и в России. Потому что в России, как вы знаете, отношение к смертной казни совсем не однозначное. И у меня по поводу этого фильма вопрос, сэр Алан. В мире ваше послание, в Америке, где смертная казнь просто поставлена на поток, все-таки после фильма имело какой-то общественный резонанс?

А. Паркер — Самый большой отклик, конечно, в Штатах. Могу сказать честно, что фильм людей расстроил. Но Америка такая страна, особенно в настоящее время, чрезвычайно националистическая, с Джорджем Бушем во главе. И поэтому я могу сказать, будучи английским режиссером, они не любят, когда им читают нотации и лекции, поэтому не могу сказать, что мой фильм произвел такой уж большой отклик в душах американцев. Но еще раз повторяю, я же британский режиссер, а не американский. Была, конечно, реакция. И ее можно сформулировать следующим образом: нельзя смешивать политические моменты с триллером.

К. Ларина — По этому поводу у меня тоже вопрос. А вообще политика в искусстве, насколько она имеет право на существование?

А. Паркер — Конечно. Я думаю, что любая работа в искусстве, она имеет какой-то политический месседж. Потому что фильм — это могучее средство воздействия на людей. Я думаю, что отличие хорошего режиссера от плохого состоит именно в том, что есть ему что-то сказать, донести до публики или нет.

К. Ларина — Существуют и опасные моменты. Опять же возвращаясь к вашему фильму "Полуночный экспресс". Очень многие до сих пор образ Турции представляют себе именно так, по вашему фильму.

А. Паркер — Интересный вопрос. Я сделал этот фильм, когда я еще был молодым режиссером. А когда вы молоды, то вы немножко односторонне мыслите, наверное. Я думал, что я делаю фильм только лишь о несправедливости и об очень плохой системе содержания заключенных в тюрьме. Мне казалось, что это справедливо, сделать фильм именно об этом. Но если бы я сделал подобный фильм сейчас, я думаю, я сделал бы его более сбалансированным и, помимо плохих турок, у меня были бы и хорошие.

К. Ларина — Кстати, тогда турки как отнеслись к этому? Этот фильм был показан в Турции?

А. Паркер — Конечно, он им совершенно не понравился. А в Голландии даже попытались сжечь кинотеатр, где показывали фильм. С тех пор много раз я получал предложения посетить Турцию: пожалуйста, приезжайте, вы всегда желанный гость. Но я думаю, что если я туда и попаду, выпустят ли меня обратно...

В. Рамм — Сэр Алан, мир делится сейчас на глобалистов, антиглобалистов, которые и в равной степени экстремисты. Все-таки ваша душа, как творческого работника, кому ближе, тем, которые протестуют против, допустим, голливудской политики во всем мире, или "биг-маков" во всем мире и прочее, или вы, как сейчас сказали, уже более сбалансированно подходите к этой проблеме?

А. Паркер — Очень хороший вопрос. Спасибо. Конечно, самый лучший ответ, наверное, прозвучал бы так. Я стараюсь быть сбалансированным. Я режиссер довольно любопытный, плюс еще британский ко всем. У меня понимание европейское. Но мне повезло, я при этом мог использовать Голливуд для снятия своих фильмов. Ну и первым преимуществом Голливуда является то, что у меня были деньги. И у меня мощная дистрибьюторская система по миру. Поэтому фильмы, которые я произвожу, имеют возможность, имеют возможность смотреть большое количество зрителей.

В. Рамм — Т.е. глобализм.

А. Паркер — Это с какой-то стороны да. Но если ты делаешь что-то, чтобы донести в данном случае до зрителя, тебе нужно, чтобы этот месседж дошел. Но в конце концов, я еще раз повторяю, я британец. И я думаю, что мир разделен вовсе не на две части. Я думаю, что мир разделен на тех, кто играет в футбол, и на тех, кто не играет. Это новая религия.

К. Ларина — Здесь пришел хороший вопрос от наших слушателей, опять же политический. "Как вы думаете, сэр Алан, почему до сих пор в обществе популярны коммунистические идеи?"

А. Паркер — Когда я приезжаю в Россию, а это уже второй мой визит, первый раз это было еще в советские времени... Я очень необычный человек. Всю жизнь я считал себя социалистом, живя в демократическом обществе. И поэтому основные ценности социализма — это то, во что я верю. Но, конечно, отсутствие свободы, подавление — это то, что мне совершенно не нравится. Но все-таки социализм — это справедливое общество. Наверное, вы знаете об этом больше, чем кто-либо другой. Эксперимент не сработал в вашей стране. И все-таки основные ценности социализма, они справедливы.

К. Ларина — А примеры приведите.

А. Паркер — Во всех обществах должно быть равенство возможностей. И поэтому любой человек, рожденный в этом мире, не должен волноваться о своем здоровье или об образовании. Это должно быть равно для всех. Это простейшая, но тем не менее основная ценность. Но, к сожалению, это происходит совсем не так в настоящем, реальном мире.

В. Рамм — Но ведь это любимая голливудская сказка о равных возможностях, сюжет о Золушке.

К. Ларина — Американская мечта.

В. Рамм — Да. И как раз они утверждают это.

А. Паркер — Нет, я думаю, американская мечта — это как раз что любой может начать с нуля и стать в конце концов даже президентом США. Да, и сейчас Джордж Буш, и поэтому сейчас такой президент, что, наверное, эта мечта уже становится меньше и меньше, потому что я не могу сказать, что так уж сильно любят его в Америке.

К. Ларина — Я бы хотела спросить про результаты Каннского фестиваля, поскольку про московский мы не говорим. Победа Майкла Мура все-таки победа политическая, либо победа художника?

А. Паркер — Абсолютно не могу согласиться с Квентином Тарантино, что он отдал ему приз, потому что это вклад в искусство. Просто немыслимо. Майкл Мур — это полемист и политическая фигура, и кино у него политическое. И его фильмы — это политика. Здесь невозможно разделить политику и фильм. Это документальное кино, которое чрезвычайно эффективно и действенно. Но отделить политику здесь от искусства невозможно.

К. Ларина — "Апокалипсис сегодня" — это тоже политический фильм.

В. Рамм — Но он художественный фильм.

А. Паркер — Абсолютно согласен с вами. Но я бы так сказал. Использование политических идей руками потрясающего мастера. Отсюда получилось настоящее искусство.

В. Рамм — И "Стена" ваша тоже политическое послание.

А. Паркер — Не могу сказать, что я уж совсем считаю себя политическим режиссером. Но я также думаю, что как чистое развлечение фильм бы не выжил. Наверное, в каждом фильме должно быть отражение моей личной точки зрения об отношениях между людьми. И я думаю, что это политика не с большой буквы, но, естественно, без политики это невозможно. И как бы вы ни выражали свою точку зрения, себя, вы обязательно отражаете то, что вы думаете и по поводу политики тоже.

К. Ларина — Напомним, что сегодня у нас в программе "25-й кадр" режиссер Алан Паркер. Мы продолжим нашу встречу после короткого выпуска новостей.
НОВОСТИ

К. Ларина — Напомним, что сегодня в гостях в программе "25-й кадр" режиссер английский, британский, что особо подчеркивает наш гость, сэр Алан Паркер. Я бы хотела, Вита, еще один вопрос задать, далеко не уходя от тему нашего разговора в первой части. На ваш взгляд, сэр Алан, существуют ли запретные темы в искусстве? Почему каждый раз, когда выходит фильм на религиозную тему, он вызывает такие страсти в обществе? Одни требуют запретить, другие вообще уничтожить.

А. Паркер — Мне кажется, искусство должно быть свободно и выражать абсолютно все, что угодно. Но вы должны быть при этом как режиссер очень осторожны, с точки зрения того, что кино — это массовый вид искусства, и оно доходит до миллионов людей. Поэтому я считаю, что доводить до умов чрезвычайно экстремистские религиозные или какие-либо другие политические мотивы, это опасно.

В. Рамм — Провоцировать искусство может.

А. Паркер — В конце концов, на мой взгляд, задача режиссера как раз и есть в том, чтобы провоцировать. Но я думаю, что когда вы переходите рубеж, и это становится уже пропагандой, вот тогда это неприемлемо абсолютно.

В. Рамм — Я согласна. Сэр Алан, что происходит сейчас в вашей жизни? Вот перед эфиром был очень интересный у нас разговор. И может быть, я уже начинаю рекламу вашей книги, как и обещала. Сэр Алан сказал нашему коллеге Саше Гаврилову, что он пишет книгу, которая в октябре выйдет в Нью-Йорке. Естественно, Гаврилов заинтересовался, почему не в России. Так что, может быть, мы увидим еще вас на презентации этой книги у нас в России. И приглашаем на "Эхо Москвы" сразу.

А. Паркер — Да, это правда, я действительно написал книгу. Она только что вышла в Англии и выходит в октябре в Америке. Но если найдется в России издатель, я бы с удовольствием опубликовал книгу и в России. Спасибо большое за рекламу.

К. Ларина — Это мемуары, это книга про свою жизнь?

А. Паркер — Абсолютно не имеет ничего общего с моей жизнью. Речь идет о США, 90-е годы, как бы ведет вас по истории Америки в течение 30 лет. Времена застоя, запретов и депрессии великой. Главный герой идет красной нитью по всей книги, мы вместе с ним прослеживаем историю Штатов. Я могу сказать, что в какой-то степени это и любовная история.

В. Рамм — Она будет экранизирована?

А. Паркер — Очень хороший вопрос. Вы знаете прекрасно, что любая проблема сегодняшнего дня...

В. Рамм — По крайней мере, авторские права не нужно покупать.

А. Паркер — Это дешево будет, точно. Вы знаете, чтобы воссоздать историю на экране, это ведь очень дорого. Сейчас в Голливуде фильмы исключительно со спецэффектами. Поэтому, наверное, книга останется книгой в течение какого-то времени. Но если времена поменяются, кто знает...

К. Ларина — А кино вы сейчас собираетесь снимать, снимаете?

А. Паркер — Прямо звучите точно, как моя жена. Ей так я надоел дома, что она каждый раз мне задает один и тот же вопрос.

В. Рамм — Когда опять из Британии в Америку?

А. Паркер — Да, что-то в этом духе. Моя жена хочет, чтобы я зарабатывал деньги. А что я сейчас делаю? Сижу членом жюри в различных фестивалях, собственно, и все.

К. Ларина — Про кино так и не ответили.

А. Паркер — Я бы хотел снять еще один фильм.

В. Рамм — Может, с Россией вместе?

А. Паркер — Есть у меня несколько идей. Может быть, можно было бы снять фильм в России. Есть у меня один хороший сценарий. Это о жизни Юрия Гагарина. Чтобы отразить отношение Запада к такому великому человеку, как Юрий Гагарин. Что-то в этом духе. Потому что момент, когда Гагарин взлетел в космос, просто весь народ был шокирован. Это немыслимое, потрясающее достижение науки советской. Американцы потратили немыслимое количество денег, чтобы изобрести ручку, которой можно писать в космосе. А русские очень просто решили этот вопрос — взяли и использовали карандаш.

К. Ларина — Никита Михалков будет играть Гагарина?

А. Паркер — Я даже не знаю, сделаю ли я фильм, а вы спрашиваете о том, кто будет играть.

В. Рамм — Сэр Алан, вы несколько раз подчеркивали, что вы британский режиссер. В мире еще очень много людей, которые ценят британскую театральную школу, британский футбол. Вы можете объяснить, что такое быть британцем, быть подданным его величества, получать титул сэр. Даже среди европейцев британцы особые люди. В чем класс британца?

А. Паркер — Я совсем даже не националист. Я все время подчеркиваю, что я британец, потому что я делаю и американское кино. Чтобы не путать. Я все-таки остаюсь британским режиссером. Но что касается титулов, вот вы рождаетесь, и он вам присваивается, если вы британец. В общем-то, я думаю, что сейчас наше правительство старается раздавать равные права всем, вот так я бы сказал.

К. Ларина — У нас существует масса мистических произведений, я возвращаюсь опять к литературе и к кино. Вот известный роман "Мастер и Маргарита", который никак не удается никому экранизировать. Вспоминая ваш фильм "Сердце ангела"... Не боялись вы соприкоснуться с такой мистикой, с такой опасной стороной?

А. Паркер — Все, что я пытался сделать в "Сердце ангела", это была смесь двух жанров. Это такая черная детективная история, американская классическая, с одной стороны. А с другой стороны, о человеке, который продал душу дьяволу. Трудно вообще сказать, то превалировало в этой истории. И моя теория такова, что надо раскрыть эту детективную историю, этот детектив, тогда вы увидите, что же за этим кроется. Мне нравится, что вы вместе с собой ведете зрителя по этой дороге, и до конца он так и не понимает, куда вы его ведете. И в результате место назначения оказывается совсем не тем, которое вы предполагали в начале пути.

К. Ларина — Но дьявол там очень ироничный товарищ.

В. Рамм — Вы начали свой творческой путь с очаровательной музыкальной... игрушка, "Багси Мэлоун"...

К. Ларина — Пародия.

В. Рамм — В которой осмеяли тот миф о гангстерах, мафии и прочее. Если у нас в шутку говорили, что "Крестный отец", это было сделано по их заказу, то за шутку на вас мафия не обиделась?

К. Ларина — Черную метку не прислали?

В. Рамм — Потому что насмешка — это самое страшное, что может быть на свете.

А. Паркер — Сейчас я оглядываюсь назад и мне кажется, такой странный фильм я сделал. Трудно было сделать фильм, где идея бы, предмет был английский. Сделаю-ка, пожалуй, фильм об Америке. Хотя в то время я Америку хорошо не знал. Наверное, сделаю такую пародию на американских гангстеров и что-то типа американского мюзикла. В то время у меня было четверо маленьких детей. В конце концов я сделал фильм для них. Сейчас, когда я оглядываюсь назад, вижу, что я сделал в этом фильме, и думаю: какая странная идея тогда мне в голову пришла. Наверное, это как раз тот фильм, который можно делать в юности, когда вы совершенно наивны, ничего не понимаете еще.

К. Ларина — Кстати, давайте вспомним, что оттуда как минимум одна звезда вышла, из этого фильма, Джоди Фостер. Тогда уже был заметен ее талант?

А. Паркер — Ей было тогда 12 лет. Она уже тогда очень многое знала о том, как делается кино. Команда шутила: ничего, даже если вы заболеете, Джоди Фостер вас вполне заменит на вашем месте.

К. Ларина — Ваши дети имеют отношение к кинематографу?

А. Паркер — Двое сыновей музыканты. Они делали музыкальный трек для "Жизнь Дэвида Гейла". Еще один сын живет в Нью-Йорке, пишет, но деньги за это не получает.

К. Ларина — Так же как вы сейчас.

А. Паркер — Да.

К. Ларина — Тогда давайте несколько слов скажем о музыке в вашей жизни. С чего она начиналась?

В. Рамм — Почему сыновья стали музыкантами? Вы дома слушаете музыку?

А. Паркер — Да, это точно. Потому что во время своего возращения они слушатели разную музыку. Я делаю фильмы музыкальные, я действительно очень люблю и ценю музыку. Все время расстраиваюсь, что я сам-то не умею играть, не могу. А уж на детях я отыгрался, они точно умеют играть на разных инструментах. Они совершенно разные с точки зрения музыки. Один получил классическое образование в консерватории, а второй играет абсолютно на всех музыкальных инструментах. Плохо, но играет. И он такой рок-н-ролльный музыкант.

В. Рамм — Сэр Алан, во время съемок "Эвиты" вы мучили свою семью песнями Мадонны?

А. Паркер — Да. Музыкальные вкусы моих сыновей резко отличаются от того, что им пришлось слушать.

К. Ларина — Если говорить о современном кинематографе, что вам кажется главной проблемой? Может быть, проблема со сценариями, с темами, со средствами выражения. Вообще на что бы вы обратили внимание ваших коллег, молодых прежде всего?

А. Паркер — Хорошие времена, но трудные. Самое важное, на мой взгляд, мне кажется, кино нуждается в большем разнообразии, я бы так выразился. Потому что мощь американского кино, просто машина эта, она затмевает абсолютно все, и она доминирует в мировом кино. Это стыдно. С другой стороны, современная технология, которая пришла к нам из Америки, цифровая технология, спецэффекты, которые можно сделать с помощью компьютера, означает, что гораздо большее количество людей могут выразить себя сейчас в кино и рассказать свою собственную историю. Как ни посмотри, а кино — это очень дорогая вещь. А экономика сейчас такова: если вы не делаете кино в рамках Америки, Голливуда, то вам чрезвычайно сложно это сделать. И это плохая тенденция, на мой взгляд.

К. Ларина — Еще есть одна опасность — если вы согласны, то скажите, — что за всеми этими новейшими технологиями теряется штучность профессии артиста.

В. Рамм — Британские актеры сохраняют эту штучность.

А. Паркер — Это абсолютнейшая правда. Я согласен с вами. И когда вы слушаете, например, истории британских актеров, которые работают в фильмах о Гарри Поттере, они играют то, чего не существует на самом деле, потому что все связано со спецэффектами, они изображают то, чего нет в нашей реальной жизни. Мне кажется, еще чуть-чуть — и людям просто надоедят эти все спецэффекты. И все-таки рассказать историю, донести свою личную историю — самое главное в кино. И все-таки о людях, которые существуют, а не то, что делается с помощью новомодных штучек.

К. Ларина — В этой связи ваше отношение к фильмам Ларса фон Триера, в частности к фильму "Догвилль", который вызвал такие большие споры в обществе.

А. Паркер — Я просто им восхищаюсь, потому что он достаточно храбр, чтобы экспериментировать. Я думаю, что есть много причин на то, почему он поступает именно таким образом. Не могу сказать, что все фильмы его мне абсолютно нравятся...

К. Ларина — Вы поставили многоточие.

А. Паркер — Мне кажется, в этом что-то такое кроется, когда одного режиссера просят рассказать, что он думает о другом режиссере. Мне кажется, нехорошо говорить то, что не нравится. В любом случае могу сказать, что так сложно делать фильм... Поэтому любой, кто делает фильмы, заслуживает моего восхищения.

В. Рамм — Не могу не задать вопрос не киноведа, а любопытной женщины. В "Жизни Дэвида Гейла" вы начали работать с Джорджем Клуни, а потом в течение проекта вы его поменяли на Кевина Спейси. Кевин Спейси сыграл блестящи. А почему не Клуни?

А. Паркер — Действительно, я разговаривал какое-то время с Джорджем Клуни по поводу этой роли. У нас было много встреч. Конечно, студия была чрезвычайно заинтересована, чтобы именно он играл. Но в конечном итоге мне показалось, что он не хочет делать то, что я прошу его сделать. И все-таки я придерживаюсь старой философии режиссеров, что актеры должны делать то, что им навязывает или просит сделать режиссер. И так мы разошлись. И к счастью, я нашел Кевина Спейси.

К. Ларина — Огромное спасибо. Напомним, что сегодня у нас в гостях Алан Паркер, сэр Алан, известнейший режиссер, которому мы желаем плодотворной работы, в частности на Московском Международном кинофестивале. Надеемся увидеть новые фильмы нашего гостя и, конечно же, прочитать его книгу на русском языке. Как она называется, кстати?

А. Паркер — Я не уверен, что это можно перевести литературно на русский, но это "Поцелуй..."

К. Ларина — Что-то неприличное?

В. Рамм — Посмотрим, как Гаврилов из этого положения выйдет.

К. Ларина — Тут мы ставим многоточие и расстаемся. Спасибо большое.

   
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2019. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте