If I were a good man,
I'd understand the spaces between friends.
Roger Waters (If)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку


Pink-Floyd.ru > Публикации > Статьи > Ник Мэйсон > Интервью с Ником Мэйсоном в журнале Guitar World

Интервью с Ником Мэйсоном в журнале Guitar World

Источник: Guitar World, 5 октября 2011 года
Перевод:  Mimi

Ник МэйсонДа, Guitar World — журнал о гитарах, но как я мог упустить возможность поговорить с Ником Мэйсоном, ударником Pink Floyd?

На прошлой неделе Ник был в Нью-Йорке, где представлял прессе первую волну масштабного проекта по переизданиям альбомов группы под названием «Why Pink Floyd?».

Она началась 27 сентября с издания прошедших через ремастеринг так называемых discovery-версий всех четырнадцати студийных работ, бокс-сета «Discovery», включающего в себя четырнадцать альбомов и буклет с фото, цифровых версий альбомов, а также Immersion- и Experience-версии «The Dark Side of the Moon» на CD, виниле и в цифровой форме. За этими релизами последуют новые, запланированные в США 8 ноября и 28 февраля. Дополнительную информацию можно получить на официальном сайте «Why Pink Floyd?».

Как бы там ни было, я проследовал в отделанную деревом радиостудию на пересечении 50-й улицы и Пятой авеню, чтобы найти ответ на вопрос «Почему Pink Floyd?» (ответом на который оказалось «Почему нет?») и море других вопросов о гитарах (да-да, гитарах!), автогонках, Джордже Харрисоне и, наконец, — как много времени Мэйсону нужно, чтобы подготовиться к полноценному туру Pink Floyd.

Ниже — о том, как это было.

Guitar World: Кто-то сидел себе на диване, покуривал сигаретку или что-то вроде того и вдруг воскликнул: «А давайте-ка запустим такую большу-у-ую кампанию по переизданию каталога Pink Floyd»! Кто это был?

Ну, это не был кто-либо из группы, это была идея звукозаписывающей компании EMI. Я думаю, что причиной этому стало то, что ранее они имели опыт организации переиздания всего каталога The Beatles, так что они уже разбирались в этом вопросе. Я думаю, что, возможно, они понимали, что уговорить нас будет не так просто, потому что мы уже пришли к тому, что всё «лучшее из» издано. И действительно, по большей части так оно и есть. Однако они изложили нам свои соображения — немного углубились в суть вопроса и объяснили нам, как это может — и будет — работать. И идея нас захватила. Мы сказали: «Действительно, почему нет? Это могло бы быть интересно...»

Я думаю, что, в моем случае, я вдруг осознал, что в моей коллекции есть довольно много интересных вещей такого рода. Это что-то вроде релизов «Verve», джазового лейбла, выпускавшего все записи Чарльза Паркера. Они издали пять разных интерпретаций его песен — тридцать секунд, потом всё обрывается, и — сначала... И я задумался: «Так, если я покупаю такие вещи Чарльза Паркера, может, кто-нибудь хочет купить что-то подобное, записанное Pink Floyd?» Так что, возможно, люди хотят услышать что-то такое. В итоге это всё-таки оказалось достойным внимания. До настоящего времени людям нравились такие вещи.

Есть ли какой-то определенный альбом Pink Floyd, к которому было особенно приятно мысленно вернуться в процессе работы над кампанией?

Я действительно получил удовольствие от A Saucerful of Secrets, потому что подзабыл, что он довольно изощренный в смысле соединения всех его вещей воедино. Несомненно, это был шаг вперед. Ну и самое необычное — когда я услышал «On the Run» такой, какой она была в семьдесят втором, я подумал, что кто-то подсунул мне не тот CD. Я подумал, что это что-то клубное и джазовое. Это быстрая джазовая композиция, тогда как на «Dark Side...» она превратилась в секвенцию, созданную с помощью синтезатора VCS3. Так что приятные сюрпризы были и тут и там.

Как в кампании по ремастерингу и переизданию были задействованы члены группы?

Ну, после того, как какая-либо работа была сделана, результат высылался нам, и каждый высказывался по его поводу, так что задействованы были все. Обычно наши комментарии были очень разными. Я часто говорил, что ударные звучат как-то блёкло, или там ещё что-то не так, ну и всё в таком духе. Иногда плавное микширование было не очень удачным, ну или казалось, что оно неудачное. Мы не пытались перемикшировать записи, мы делали ремастеринг, а это разные вещи. Мы не пытаемся переписывать историю, но мы стараемся привести её в порядок. Возможно, периодически случалась и такая история: «Да, да, я знаю, что было на записи, но было бы гораздо лучше, если бы ты сделал бы с этой штукой хоть что-нибудь». Однако участие приняли все, пусть и в разное время и с разными запросами.

Роджеру присылали последние два альбома, что вышли без него?

Нет, точно нет. Не исключаю, что когда-то кто-то делал это просто для того, чтобы его позлить, однако это не было бы хорошей затеей и, кстати, не относящейся к делу. Но я подозреваю, что Дэвиду присылали «The Piper at the Gates of Dawn», хотя он и не работал над ним в своё время.

Роджер признаёт «A Momentary Lapse of Reason» и «The Division Bell»?

Он их категорически не одобряет, однако это просто неизбежно. Мы просто живём с этим. Иногда у меня бывает мысль, что на самом деле он их даже никогда не слушал, хотя кто знает?

Я недавно читал о том, как рады Вы были освежить в памяти работы Pink Floyd времен Сида Барретта. От Ваших слов у меня осталось впечатление, что Вы говорили о невыпущенной музыке, которая не увидела свет в рамках первой волны переизданий. Когда же мы услышим её?

Да, есть парочка вещей, которые не были выпущены; однако они попали на бутлеги и порой могут быть доступны в виде нелегальных загрузок из сети. Однако есть пара-тройка вещей, которые так никогда и не были завершены — «Vegetable Man», «Old Woman With a Casket», ну и тому подобное. Было бы лучше, если бы мы доделали их сами и свели так, как можем, а не забросили бы их. Кстати, на случай если мы решим сделать Immersion-версии ранних альбомов, у нас есть демо-записи шестьдесят шестого года, даже конца шестьдесят пятого. Так что действительно есть пара песен Сида Барретта, которые было бы интересно издать.

Если бы сегодня Вам позвонил Роджер Уотерс и сказал: «Ник, собирайся! Pink Floyd едут в турне, и первый концерт уже в этот выходной!», то сколько времени Вам бы понадобилось, чтобы освоиться с материалом?

Не знаю, однако на это ушло бы некоторое время. Я бы, пожалуй, смог отыграть экспромтом большую часть партий, но сыграть их правильно... ну... для Live 8 в 2005, например, нам пришлось репетировать и тренироваться. На самом деле в один прекрасный день оказывается, что ты подстраиваешься под нынешние технологии, отличающиеся от тех, что были когда-то. И почти неминуемо, возвращаясь к какой-либо вещи, не отрепетировав её, ты приходишь к тому, что начинаешь лупить по одной тарелке дважды вместо одного раза. Я знаю, как легко дойти до такого.

Ах да, Live 8. Этот был великий день для многих фанатов Pink Floyd, и ещё в большей степени он поднял шумиху вокруг группы. Извините, но я вынужден спросить: есть ли хоть какая-то вероятность, что «Флойды» снова отправятся на гастроли?

Знаете, у меня и у Дэвида разные мнения по этому вопросу. Если вы спросите Дэвида, то он скажет, что нет решительно никакой вероятности, однако я живу в надежде, что Роджер и Дэвид могут это устроить в подходящем случае. Так что случись другой Live 8, или что-то другое, что нашло бы отклик в сердцах их обоих, я полагаю, это могло бы поспособствовать чему-нибудь такому. Но я думаю, что нет никакого шанса вернуться в студию, потому что мы просто потеряли бы время. Запись отнимает много времени, но ценность записи упала — так случилось очень со многими из них. Их скачивают из интернета абсолютно бесплатно, и в итоге получается, что ты вкалываешь в течение года, а потом твоя работа расходится по рукам за просто так. К тому же я уверен, что мы не отправимся в мировой тур, но если будет подходящий повод, мы, возможно, ещё сделаем что-нибудь.

Вы воспринимаете Pink Floyd как живую, продолжающую жить сущность?

Только каталог продолжает жить своей жизнью, я думаю. Мы все по-прежнему чувствуем свою связь с ним, и я полагаю, что вещи вроде расширения авторских прав с этой точки зрения достаточно важны, и мы хотели бы сохранять контроль над созданным столь долго, насколько это возможно. Так что даже если группа не выпускает ничего нового, всё равно, кажется, она ещё не мертва.

Pink Floyd — одна из тех групп, которую принято уважать, нечто вроде точки соприкосновения для фанатов всех поджанров рока. Согласны ли Вы с этим и, если да, то, по вашему мнению, почему так происходит?

Да, совершенно точно. Я думаю, что есть моменты, в которых мы хотя бы чуточку пересеклись с самыми разными жанрами. Конечно же, Дэвид выдал несколько очень неплохих гитарных соло. Думаю, если ты — почитаемый гитарист, то, вероятно, тебе доступна фанатская база среди поклонников хеви-метал. Думаю, это так. Честно говоря, я полагаю, что Дэвид — и именно Дэвид — открыл нам эту дверь.

Каковы Ваши взаимоотношения с Дэвидом и Роджером? Старые друзья, так?

Да, очень старые друзья, в особенности с Роджером. Мы знакомы с 1962 года, и я думаю, что это о чем-то говорит. Периодически я вижусь с Дэвидом, но, знаете ли, Дэвид живет не в Лондоне и, полагаю, в некоторой степени наслаждается куда более спокойной жизнью. Наверное, иногда он может взять в руки гитару и сделать что-нибудь сольно, однако он вряд ли по-настоящему заинтересован в большом проекте для группы.

Всё прошло через ремастеринг, но я всегда думал, что вся ваша музыка, в том числе «The Piper at the Gates of Dawn», самая ранняя вещь, всегда звучала четко и внятно, в то время как, к примеру, большая часть песен The Kinks довольно корявы. Скажем, совсем недавно я сказал своему другу, что «Set the Controls for the Heart of the Sun» с «A Saucerful of Secrets» звучит так, будто была записана в прошлом году. Это потому, что все эти вещи были записаны на Abbey Road?

В какой-то степени да. Частично это из-за Abbey Road, но фактически это также связано с подходом к записи в целом, с тем, кто мы тогда были и когда именно это было. Ведь всё поменялось после «Сержанта Пеппера». До этого студия предоставлялась The Kinks на три часа, чтобы сделать запись, тогда как, записываясь после 1967 года, мы имели в своем распоряжении неограниченное количество времени. И это получало свое отражение на выходящем в итоге лонгплее — он имел куда более высокое качество аудио. Это была высококачественная запись, таким образом, каждый [участник записи] уделил куда больше внимания. Звуки ударных, дорожки с ударными и так далее. Мы были заняты записью в значительно большей степени, чем The Kinks на большинстве своих записей.

Поговорим о The Beatles. Я знаю, что у Вас и Джорджа Харрисона была схожая страсть — автогонки. Вы по-прежнему ездите? И есть ли у Вас какие-то пересечения с Харрисоном в этих кругах?

Да, да. У нас было немало общих друзей, например, Деймон Хилл.

Ник МэйсонЗначит, во времена простоя Pink Floyd Вы занимались автогонками и полетами на самолете. Это всё здорово, но будьте осторожны!

Я думаю, мне удалось достичь удивительного баланса между этими двумя вещами. Первую вещь ты делаешь с группой людей, это совершенно особый вид работы, но довольно приятно иметь нечто, что от этого совершенно не зависит. Когда ты в машине, ты полностью ответственен сам за свою судьбу. Но это работает. Однако я также наслаждаюсь музыкой и вне группы. Я занимался продюсированием для других людей, включая Роберта Уайата (Robert Wyatt, ударник Soft Machine). Можете оценить. Альбом, который мы делали вместе, «Rock Bottom», думаю, неплохо сделан. Это альбом тридцатипятилетней давности, но он удался.

Вы — единственный член группы, присутствовавший на всех альбомах, но необязательно на всех треках. Что Вы об этом думаете?

Ну да, но так было с самого начала — по-моему, Норман Смит играл на ударных в «Remember a Day». И кто-то ещё играл на паре треков с «The Final Cut». Так что время от времени на ударных играл кто-нибудь другой. Меня это никогда не беспокоило, тем более не возмущало.

Это больше похоже на вопрос, который я мог бы задать, работай я в журнале, специализирующемся на ударных, но какова технология, стоящая за узнаваемым саундом ударных Ника Мэйсона на записях Pink Floyd? Он такой четкий, не плоский...

Ну, если вы говорите о звуковых характеристиках, то вопрос во многом в размещении микрофонов, ну и в эмбиентных шумах, использованных как звук ударных. Я всегда любил сухой звук барабанов, как и все остальные — да, очень сухой звук басового барабана. И эффект эхо. Думаю, это то, что мы всегда хотели делать «вживую». Однако мне действительно порой удавалось получить [на записи] вполне живой звук барабанов.

Опишите, как со временем изменялся подбор оборудования.

Я начинал с барабанных установок Premiere, после чего перешел на Ludwig. Я пользовался «Премьером» первый год или что-то типа того, а «Людвиг» я стал использовать, как только мы начали гастролировать по Америке. Я приобрел свой первый комплект в Manny's (крупный магазин музыкальных инструментов — прим. пер.) в Нью-Йорке. Затем я долгие годы использовал преимущественно «Людвиг». Я думаю, что «Людвиги» великолепны, однако они были раздавлены дешевым импортом. И в итоге Биллу (Людвигу) пришлось продать компанию. Он больше не мог заставить её работать. Сейчас компания, я подозреваю, понемногу восстанавливается, но они прошли через период, когда много оборудования ввозилось с Дальнего Востока. Это грустно. Затем я встретил Джона Гуда из «DW», чем я очень рад — оборудование просто великолепно. Мне нравится их отношение к делу. Джон всегда приглядывается к тебе, старается сделать такие барабаны, чтобы они звучали как можно лучше. Когда бы я ни был на Западном побережье, я всегда направляюсь в Окснард (в Окснарде расположена компания DW — прим. пер.) и провожу там какое-то время.

Вы к тому же играете на гитаре, да?

Не особо, разве что совсем чуть-чуть. Я купил себе на Рождество укулеле (популярный на Гаваях четырёхструнный музыкальный инструмент — прим. пер.) и сконцентрирован на нем.

О, другая связь с Джорджем Харрисоном! Разбираясь в гитарах, вы можете выделить любимый бренд? Вы предпочитаете акустические или электрические?

Ну, знаете, на самом деле я не играю на электрогитаре. У меня есть электрогитары, потому что я всегда верил, особенно работая в студиях в качестве продюсера других групп, что под рукой должен быть «Страт». У меня есть Fender Precision Bass, Stratocaster, Telecaster, Ovation и Martin D-18. Если этого всего нет, то вы рискуете столкнуться с ситуацией, когда кто-то приходит со своей гитарой, которая вроде бы рубит и жужжит, но делает это совершенно не так, как положено. К тому же я делал несколько «Стратов» с Fender Custom Shop в качестве благодарственного подарка для Ferrari, когда они починили мне машину. Вы видели фотографии?

Ваших машин? Да.

Нет-нет, «Стратокастера».

А-а-а! Нет.

Он весьма симпатичный. Я заказал у одного лондонского кузнеца маленьких скачущих серебряных лошадей для инкрустации вместо перламутра. Накладка на корпус сделана из кевлара, углеродного волокна — прямо как у гоночного авто. Так что это у меня вроде мимолетного интереса.

Вы думаете о приобретении какой-то определенной машины сейчас?

Нет, в данный момент нет. Но на самом деле я иногда подумываю о том, чтобы начать ездить поменьше и, возможно, поменять пару машин.

  семейный альбом барри смотреть  
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2017. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте