And if I go insane,
will you still let me join in with the game?
Roger Waters (If)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку


купить дефибриллятор
cardiomc.com.ua
агенства продажи недвижимости г Гомель
arendavgomele.by

1. Тнеre Was А Кing Wно Ruled Тне Land...

 

В России имя Сида Барретта до обидного мало известно широкой публике, оставаясь достоянием лишь сравнительно узкого круга интеллектуалов и ценителей. Обычно для советского фана Pink Floyd начинались с "Тhe Dark Side of the Moon", или даже с "The Wall", и для многих, в том числе и для автора этих строк, известие о том, что "флойды" делали что-то до 1973 года, было ошеломляющим открытием. Но даже после этого Сид Барретт оставался для большинства довольно неопределенной фигурой, лишенной каких-либо характерных черт. Обычно о нем помнили только то, что он придумал название группы, и то, что после одного единственного альбома был вынужден покинуть Pink Floyd из-за пристрастия к наркотикам (еще хорошо, если кто-нибудь точно помнил, что это был ЛСД). Помнили еще, пожалуй, и то, что ему была посвящена композиция "Shine On You Crazy Diamond" на альбоме "Wish You Were Here". Однако эта вещь скорее относится к творчеству Роджера Уотерса (Roger Waters), Рика Райта (Rick Right), Дэвида Гилмора (David Gilmour) и Ника Мэйсона (Nick Mason), нежели собственно Барретта. Мало что в создавшемся положении исправили и пинкфлойдовский сериал Севы Новгородцева образца января 1985 года, повторенный без всяких изменений в январе 1990-го, а также вышедшие в Совке книги о Pink Floyd — сочинения господ Белостоцкого, Полуяхтова и Бычкова. Интонации были скорее такие: да, все это по-своему интересно, но главное-то — это, конечно, "Темная сторона" и "Стена", а 1966-67 годы — это скорее предыстория, нежели история.

Между тем на Западе до сих пор Сид Барретт является культовой фигурой, образ юного гения по-прежнему не дает покоя музыковедам и поклонникам. У Сида появились постоянные и устойчивые прозвища — Piper, Madcap, Crazy Diamond. Влияние Барретта на ранний Pink Floyd не поддается измерению. Можно начать хотя бы с того, что именно ему пригрезилось название группы. Он был певцом, лидер-гитаристом и основным сочинителем, полностью сформировавшим образ группы, и сделавшим ее лидером британского психоделического андерграунда в 1966-б7 годах. Все, побывавшие в лондонских андерграундных клубах "Marquee", "Middle Earth" или "UFO", говорят о том магическом действии, которое Сид оказывал на аудиторию во время концертных выступлений Pink Floyd. Барретт написал восемь из одиннадцати песен дебютного альбома "The Piper at the Gates of Dawn" и участвовал в создании двух из трех остальных. Он был автором песен для двух первых синглов группы "Arnold Layne" и "See Emily Play", ставших хитами (#20 и #6 в UK Charts соответственно), а также песни, помещенные на сторонах В этих синглов.

Как говорит Питер Дженнер (Peter Jenner), в 1966-68 годах бывший менеджером Pink Floyd: "По моему мнению, Сид действительно был удивительным. Его изобретательность была совершенно поразительной. Все эти песни пинкфлойдовского периода были написаны не более, чем за шесть месяцев. Он просто начал писать, и написал их."

Летом 1967-го Сид все больше и больше страдал, с одной стороны, от обрушившейся на него славы, а с другой — от постоянно возрастающего психологического напряжения, связанного с необходимостью написать песню, которая могла бы повторить предыдущий успех в чартах. Для того, чтобы как-то убежать от этой ситуации, Барретт все в большей степени обращался к наркотическим средствам. Однако такое бегство от опостылевшей реальности ради прогулок по своим внутренним мирам не могло решить существующих проблем. К тому же, долгое и систематическое употребление ЛСД буквально разрушало мозг Сида. Все это пагубно сказывалось на его и без того неважном психическом здоровье. В результате, третий сингл "Apples and Oranges", вышедший в ноябре 1967-го, оказался совершенно провальным, и в чарты вообще не попал. Уже к моменту, когда в октябре 1967-го "флойды" отправились в кошмарное американское турне, их лидер был бледной тенью прежнего себя. Практически, он уже не мог ни общаться с прессой, ни играть на концертах. Иногда складывалось впечатление, что он смотрит на свою гитару, как на бомбу с дымящимся фитилем.

К этому времени Барретт оказался неспособным следовать за бурным потоком собственной музыкальной мысли, стремящейся к более абстрактным построениям. Кроме того, непреодолимая потребность в уникальности заставляла его каждый раз по-новому исполнять уже казалось бы окончательно оформившийся материал, зачастую вопреки любой, даже элементарной логике. Сид боялся, что его сочтут теряющим оригинальность, перепевающим самого себе. Наилучшей иллюстрацией этого состояния является композиция "Have You Got It Yet?", которая на каждой последующей репетиции приобретала совершенно другую мелодию и последовательность аккордов, чем на предыдущей. Нечего и говорить, что если самому Барретту с трудом удавалось разобраться в собственных идеях, то для остальных троих это было уже практически невозможно. Всего полгода назад Сид поднял Pink Floyd к вершинам национальной известности, а теперь завел группу в тупик.

Однако его товарищи Роджер Уотерс, Рик Райт и Ник Мэйсон нашли выход из этой ситуации — увы, без помощи и участия своего лидера. В апреле 1968 года он, при несколько туманных обстоятельствах, был вынужден покинуть группу, или, лучше сказать, группа покинула его. Барретт принял свершившееся довольно спокойно, хотя первое время так и не мог до конца поверить, что ребята обойдутся без него. Именно с этого момента и началась легенда Сида Барретта.

Чтобы осознать, что значил для Pink Floyd, да и для всей рок-музыки его внезапный уход, можно попытаться представить, например, что случилось бы с The Beatles, если бы Джон Леннон (John Lennon) покинул группу после выпуска сингла "She Loves You", и возвратился бы в Ливерпуль, чтобы жить в уединении со своей тетей Мими (Aunt Mimi). Или что бы произошло, если бы Пит Таунсенд (Pete Townshend) оставил The Who после выхода песни "My Generation", остепенился и стал держать овощную лавку где-нибудь на острове Уайт.

В 1968-72 годах Сид предпринял несколько неудачных и мучительных попыток вернуться в большую музыку, включавших в себя студийные работы, записи для радио и концертные выступления. В 1970-м вышли два сольных альбома "The Madcap Laughs" и "Barrett", по-своему интересных, но не произведших и сотой доли того впечатления, которое произвели его ранние работы. Они скорее напоминали в разной степени обработанные черновики, в которых совершенно гениальные фрагменты могли соседствовать с откровенными небрежностями. Практически, музыкальная карьера Сида закончилась в январе 1972 года беспорядочным выступлением в зале "Cambridge Corn Exchange".

Одним из наиболее интригующих аспектов истории Сида Барретта является то, каким образом легенда могла вырасти вокруг музыканта, чье полное записанное наследие, включая более поздние сольные работы, насчитывает немногим более трех альбомов. Эта легенда разжигалась полуправдой, апокрифами и чистым враньем, которые свивались во все возрастающую спираль преувеличений, до тех пор, пока имя Сида не стало синонимом сумасшествия, причиной которого были наркотики. Чтобы превозносить его творения, были основаны фэнзины, и классическая композиция Pink Floyd "Shine On You Crazy Diamond", стихи которой были вдохновлены наследием Барретта, раздула страсти еще больше. Он стал и остается наиболее знаменитой жертвой ЛСД в британском роке. Но даже это трагическое обстоятельство придает его легенде своеобразное горькое очарование.

Барретт является одним из наиболее известных мучеников рока, но были еще другие, кто, по выражению журналиста Ника Кента (Nick Kent), были "распростерты на алтаре "кислоты" и принесены в жертву". Странная история Сида, возможно уникальна, но некоторые параллели можно найти в распаде "мозгового центра" группы Beach Boys Брайана Уилсона (Brian Wilson), эксцентричной сольной карьере основателя и лидер-гитариста группы Fleetwood Mac Питера Грина (Peter Green), и судьбе пионера психоделии Роки Эриксона (Roki Erickson), певца и автора текстов техасской "гаражной" группы The 13th Floor Elevators. Еще одной культовой фигурой, близкой Барретту является Артур Ли (Arthur Lee), блистательная, но нестабильная движущая сила лос-анджелесской команды Love, тоже оказавшей большое влияние на других музыкантов.

До сих пор, спустя более 20 лет с момента последней попытки сделать что-нибудь в музыке, загадочный основатель Pink Floyd остается одной из наиболее прочных и ставящих исследователей в тупик легенд рока. Нет никаких признаков того, что накал споров о нем ослабевает. Критики пишут о Сиде такие серьезные и солидные статьи, какие обычно посвящают артистам, чья карьера успешно продолжается, но имеет большое количество поклонников, покупающих их пластинки миллионами. Мифы, окружающие Барретта, продолжают расцветать.

В 1991 году накатило очередное половодье слухов, в которых утверждалось, что Сумасброд работает либо в баре в Челси, либо в магазине в Кембридже. В 1986 даже было сообщение, что он найден мертвым в дверях одного из кембриджских магазинов. В попытке положить конец этим домыслам, в газете "The Guardian" от 26 февраля 1990 года появилось следующее письмо. Оно было опубликовано в ответ на вопрос читателя, который хотел знать, действительно ли Сид Барретт все еще жив. Старший брат Сида, Алан Джей Барретт (Alan J. Barrett) писал: "Любые слухи о его смерти были сильным преувеличением. Он жив, хорошо себя чувствует и счастливо живет в Кембридже. Он проводит большинство своего времени в размышлениях, сочинительстве и рисовании. У него больше нет активного интереса к музыке, и он хочет, чтобы ему предоставили возможность вести спокойную жизнь".

В музыкальной прессе все еще регулярно появляются сообщения о том, где и когда Сида видели (или якобы видели), так же как и редкие фотографии, которые удается сделать, подкараулив его в засаде или застав врасплох. Теперь Барретт — это мужчина средних лет, довольно полный, с редеющими коротко постриженными волосами, и с полным отсутствием внимания к любым проявлениям портновского искусства.

Вот что говорят о Сиде его друзья и коллеги, музыканты и журналисты:

Пит Таунсенд: "Сид — это тот случай, когда человек подавал фантастические надежды, и мог бы быть чрезвычайно новаторской личностью и динамичным, электризующим исполнителем. Однако его погубило или психическое расстройство, или распад личности, вызванный употреблением наркотиков".

Ник Кент: "Сид Барретт был просто выдающимся сочинителем, новатором, лишившимся своего гения и оставшимся искалеченным, в одиноком забвении, в компании зачахших творческих способностей и беспомощной, нелогичной шизофрении".

"Я люблю слушать песни Сида — говорит Рик Райт, это немного грустно, потому что наводит на мысли о том, что могло бы произойти. Я думаю, сегодня он легко мог бы быть одним из лучших сочинителей."

С другой стороны, фотографа Мика Рока (Mick Rock), друга Барретта, не покидает чувство, что такое событие, как альбом "The Piper at The Gates of Dawn", могло произойти только один раз: "Что еще он должен был сделать после того, что сделал? Он уже всему дал определение. Ничего подобного никогда больше не было сделано на Божьем свете — это Искусство".

Роджер Уотерс, который на протяжении многих лет рассматривал Сида как нечто угрожающее — "из-за всей той чепухи, что понаписали о нем и о нас — "эмоционально оставался с ним связан. В интервью газете "The Observer" 12 июля 1987 года Роджер сказал: "Только прошлой ночью я видел его во сне. Мы были на открытом пространстве, он по-прежнему был в отдалении, но я сел, и говорил с ним, и это было хорошо. Он по-прежнему говорил вещи, которые я был не в состоянии понять, но я соглашался с ним, и он принимал эту поддержку. Мы оба были счастливы...".

Дэйв (Dave) Гилмор: "С момента нашего знакомства до момента, когда у него "поехала крыша", Сид был просто фантастическим. Не было ни одного человека, которому он бы не нравился, который бы не считал его великолепным, или не был бы уверен, что он добьется успеха в чем-нибудь. Он прекрасно выглядел и был фантастически талантлив во всем, к чему только удосуживался приложить руку. Он был также одним из самых смешных людей, с которыми я когда-либо сталкивался. Когда он этого хотел, он мог быть действительно остроумным и сюрреалистичным.

Он был одним из тех людей, которые действительно блистали...".

Ник Мэйсон в 1988 году говорил журналу "Musician", что одной из причин, по которой легенда Барретта продолжает существовать, является "синдром Джеймса Дина (James Dean), когда не сбылось то, чему, казалось, было суждено сбыться". "Кажется, он вполне доволен своей жизнью, — добавил Мэйсон, — но, конечно, не в состоянии что-то делать реально, и его нельзя вернуть обратно к работе. Вокруг существуют миллионы людей, которым бы хотелось узнать, что Сид записывает еще один альбом, что он вернулся, и все такое. Только я думаю, что все это совершенно за пределами его нынешнего мира."

   
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2017. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте