Me, and you
God only knows it's not what we would choose to do
Roger Waters (Us And Them)
Поиск
Вход на сайт
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
Подписка на рассылку


Pink-Floyd.ru > Архив > Интервью Ника Мэйсона о Ричарде Райте

22.09.08 Интервью Ника Мэйсона о Ричарде Райте

Richard WrightНик Мэйсон:

Как важен был Рик для Pink Floyd?
В действительности, как и в любой группе, вы никогда не можете четко выделить, кто что делает. Но Pink Floyd не были бы Pink Floyd, если бы у нас не было Рика. У меня сейчас возникло чувство, особенно после войны, которую вели Роджер и Дэвид, пытаясь выяснить, где был чей вклад, что, наверно, Рик был слишком задвинут на задний план. Потому что звучание Pink Floyd это больше чем гитара, бас и ударные. Рик был тем саундом, который связывал все вместе.

Это, похоже, было особенно верным в ранние, музыкально авантюрные, годы существования группы.
Да. У него был очень особенный стиль. Он, вероятно, делал даже больше, чем я, не слишком заботясь о сохранении темпа, что было, кстати, существенно, поскольку в итоге мы создавали аритмичные произведения. Это было, как я думаю, весьма революционно в 1967-м.

Каким он был в личном общении?
(Смеется) Он был как… Рик! Он был, безоговорочно, самым тихим в группе, начиная прямо с первого дня. И, как я думаю, его было сложнее всего узнать из всех нас. Но спустя 40 лет мы почувствовали, что знаем его достаточно хорошо. Хотя, может быть, мы только начинали его узнавать (дословно: «мы только начинали свое вторжение»).

Было ли это примером английского характера?
Да, мы разговаривали друг с другом. Но мы тратили огромную массу времени дразня друг друга, правда, мы доводили друг друга. Это было забавно. Вы создавали банду. И против остального мира вы образовывали единый фронт. Но когда вы — четыре парня в машине, вы тратите время на споры и ссоры, и не очень креативны.

У вас есть какие-нибудь особенно нежные воспоминания о Рике?
Я должен сказать, что, по-моему, часть воспоминаний связана, так или иначе, со способами обращения с деньгами. В нашу первую встречу с Роджером я не хотел одалживать ему машину, а Рик не хотел угощать его сигаретой. И мы продолжали в таком духе следующие 40 лет.

И Роджер наказывает вас с тех пор?
Да, совершенно точно. Но он начинает прекращать это.

Можете ли вы вспомнить вашу первую встречу с Риком?
Так, это было в 62-м, мы все вместе изучали архитектуру. Он выглядел как архитектор, но не проявлял интереса к архитектуре, и через несколько месяцев, как я помню, он ушел в музыкальный колледж, куда нам всем следовало пойти в первую очередь.

Каким он был тогда?
Точно таким же. Конечно, люди, которых вы близко знаете, не сильно меняются. У Роджера был довольно грозный вид в 1962-м, и он не изменился. Он только немного поседел. И Рик был тихим тогда, и так было всегда.

Он также написал изрядную долю песен Pink Floyd?
Кое-что, как например “Us And Them”, было абсолютно его творением. Это почти как с Джорджем Харрисоном (George Harrison). Вы забываете, что они сделали гораздо больше того, что указано в кредитах.

Что ж, примите наши соболезнования и извинения за беспокойство в такой момент.
Нет, все нормально. Я думаю, что будет лучше, если я поговорю о нем, чем не сделаю этого.

Интервью газете Entertainment Weekly 16.09.2008.

----------------------------------

«Потерять Рика – это все равно, что потерять члена семьи, пусть даже несуществующей семьи. Он был в моей жизни 45 лет — дольше, чем мои дети, дольше, чем моя жена. Это приближает наш конец. Я буду вспоминать о Рике с огромной любовью. Он был абсолютно неконфликтный участник группы и пострадал от этого. Я бы не сказал, что он был беззаботным, но он никогда не нагнетал обстановку. Это делало жизнь гораздо легче.

Я впервые встретил Рика в архитектурном колледже на Риджент-стрит. И я думаю, что у Рика оставался почти тот же характер, что и в 1962-м. Рок-н-ролл – это жизнь Питера Пена: вы никогда не повзрослеете. Спустя некоторое время мы сблизились с людьми, которых меньше интересовала архитектура и больше – живопись и музыка. Группа образовалась пару лет спустя. У нас были очень разные подходы к работе. Он всегда знал, что хочет сделать, и владел уникальной техникой игры. Я видел его интервью по телевидению, и он четко сказал: «Техника так вторична по отношению к идеям». Роджер говорил, что чем лучше у вас техника, тем больше вы можете скопировать. Несмотря на некоторые тренировки, Рик нашел свой собственный путь.

Я думаю, что понимание того, что он делал в группе, было, в некотором роде, неполным. Он сочинял песни, а также был клавишником, и он пел. Клавиши в наибольшей мере создают звучание группы. По определению, в рок-музыке люди запоминают гитарные соло, ведущий вокал или смысл текстов. Но множество людей слушает нашу музыку по-другому. То, как Рик наводнял своими клавишами музыку, стало неотъемлемой частью того, что люди знают как Pink Floyd. Он написал “The Great Gig In The Sky” и “Us And Them”.

Мы были очень сплоченной группой, и каждый хранит память об этом. Мы проводили много времени вместе между 1967-м и серединой 70-х. Рик был очень доброй душой. Я представляю Рика сидящим за клавишами и играющим в то время, как вокруг него сверкают фейерверки. Это главное качество, которое вспоминается в группе, где Роджер и Дэвид были более жесткими в том, что, по их мнению, должно было быть сделано.

Если есть что-то, похожее на наследство — это Live 8 и тот факт, что мы преодолели разногласия и умудрились сыграть вместе. Это было величайшим событием».

Интервью газете The Independent.

Джон Кэрин (Jon Carin):
«The time is gone the song is over, thought I'd something more to say…»
Не могу подобрать слов сегодня…
Большая семья Pink Floyd, включая вас, я разделяю вашу потерю.
Прощай, Ричард».

По материалам: Brain Damage, Jon Carin

Новость подготовлена:  Petrovich
   
 
© Pink-Floyd.ru 2004-2018. Использование авторских материалов сайта Pink-Floyd.ru невозможно без разрешения редакции.
О сайте